Стражники одобрительно наблюдали за нашей потешной дуэлью. Некоторые из них даже повторяли наши движения. Принцесса, судя по всему, давно забыла, что это ненастоящая битва, и в ужасе прижалась к стене балкона.
– Хорошо, малыш, – прошептал Ааз, – настал момент большого финала!
Я спрыгнул вниз. Мы с ним, воздев наши «мечи» над головами, сомкнулись и принялись ходить кругами. То он толкал меня, то я – его. Зрители кричали, стонали или свистели, в зависимости от того, кто, по их мнению, выигрывал поединок. Как только я обуздал свой гнев, это было довольно весело.
С внезапным приливом сил я пихнул «Фанмата», и тот отлетел назад. Я же схватил Гермалайю за шею, притянул ее к себе и приставил острие меча к ее горлу.
– Ее жизнь в моих руках! Я приведу приговор в исполнение здесь и сейчас!
– Никогда, ты, злой премьер-министр! – рассекая воздух «мечом», Ааз двинулся на меня. Я отпрянул вместе со своей пленницей. Ааз наступал. Движением «меча» снизу вверх он ловко выбил из моих рук мое оружие. Моя палка, вращаясь в воздухе, полетела в толпу. Он схватил Гермалайю за руку и вырвал ее из моей хватки. Он усадил ее по другую сторону окна, подальше от стражников.
– Не двигайся, детка, – сказал он и, подняв меч, толкнул меня к краю балкона. – Тебе конец, приятель.
Настала моя очередь принять позу.
– Я сделал все, что мог, ради моего королевства! – заявил я.
– Уверен, это послужит большим утешением для твоих ближайших родственников, – ухмыльнулся он.
Он замахнулся на меня. Я принял удар в грудь и не забыл создать иллюзию галлонов крови, хлынувших из раны. Я схватился за грудь и покачнулся на перилах.
А затем я упал.
Толпа ахнула.
Упасть с любой высоты – для мага не проблема. Падая на каменный двор, я не подвергал себя ни малейшей опасности. Там уже столпились стражники. Я подумал, что просто полежу там, притворяясь мертвым, пока Ааз будет изливать свою любовь к принцессе, которая возвращалась на свое законное место на троне Фокс-Свомпбурга. Стражники закроют мне лицо плащом и отнесут внутрь, как то было предусмотрено в сценарии.
Но вместо стражников на меня злорадно смотрели люди в черных повязках и масках. Вжик! От лязга ножей для разрезания Торта у меня по спине пробежали мурашки.
– Ты злой человек! Мы сейчас проучим тебя! Покажем, что значит покушаться на жизнь Мастера Торта! – зашипела на меня Ниндзя.
– Нет, погодите! – запротестовал я, вскидывая руки. – Я ее друг!
– Хайяяя! – закричала Ниндзя.
– Хайяяя! – завопили ее подруги.
– Малыш? Малыш? Скив? Ты меня слышишь? Открой глаза. – Голос Ааза был полон тревоги.
Я приоткрыл веки. На пару секунд глазам стало больно, но затем свет потускнел, превратившись в сияние масляной лампы на столе рядом со мной. Надо мной склонилось озабоченное лицо Ааза. Я слабо улыбнулся ему. Он ткнул меня большим пальцем в грудь и ухмыльнулся в ответ, демонстрируя блестящие клыки.
– Молодец, малыш, – сказал он. – Рад снова видеть тебя среди живых.
Надо мной склонились лица практически всех, кого я знал. Я попытался сесть, но по моей груди как будто проскакала тысяча кентавров. Я застонал.
– Что случилось? – спросил я.
Ааз ткнул пальцем в сторону Ниндзи и ее подруг, теперь уже без масок. Стражники крепко держали их. Пуки, кузина Ааза, нацелила на них странную палочку. При виде ее они пришли в ужас.
– У тебя уже есть сумасшедший фан-клуб, – сказала Пуки. – Почему же ты не сказал мне, что нашел еще парочку желающих тебя убить?
– С вами все в порядке, мистер Скив? – спросила принцесса Гермалайя. Она и Матфани сжимали друг друга в объятиях. – Я слышала этот крик! И потом появились эти люди в черном и принялись резать вас на ленточки. Я натравила на них свою стражу, но они разрезали и их тоже. Мой маг был вынужден перегнуться через перила и вырубить их.
Я ощупал голову. Та все еще была на плечах, но обмотана толстой повязкой. Как только я это понял, я увидел и повязки, которыми были обмотаны мои руки и ладони.
– Что ты хочешь с ними сделать? – спросил Ааз, свирепо сверкнув глазами. – Говори, Скив. Все, что угодно, от хорошей порки до полного растерзания, нерв за нервом. Я сделаю это с удовольствием. Выбор за тобой. Твой враг – мой враг.
– Это не враги, – сказал я. Даже двигаться мне было больно. – Это друзья. Они – Мастера Торта.
– Мастера Торта? – воскликнула Гермалайя. – Что они здесь делают?
– Помогаем тебе, или, по крайней мере, нам так казалось, – горестно сказала главная забияка. – Мистер Скив, извините нас. Мы просто хотели отомстить за коллегу!
– Ой, это так мило! Я почти не встречала других Мастеров Торта.
Мастера Торта почтительно поклонились Гермалайе.
– Ты на каком слое? – спросила Ниндзя.
– Только что дошла до двенадцатого, – ответила Гермалайя.
Крока указала на Ниндзю:
– Она – глазурь нашего ордена. Она уже на девятнадцатом!
– О, у меня нет слов! – Гермалайя поклонилась им в ответ. – Но с вашей стороны было нехорошо избивать мистера Скива.
– Мы приносим ему тысячу извинений! Но как мы могли узнать его, когда он был одет, как тот злодей?
Матфани прочистил горло:
– Прошу прощения, дамы!
Ниндзя смутилась:
