— Я приросла к полу, — сказала она подошедшему Тавиха-майе. — Я помогу вам. Это дом Бахбакваланухусивэ. Поступайте, как я вам велю, и примечайте все, что увидите здесь. В том углу дома выройте глубокую яму. Потом нагрейте на огне камни и уложите в эту яму.
Когда братья сделали это, женщина продолжала:
— Теперь накройте яму досками. Когда Бахбакваланухусивэ вернется, он станет плясать; на лице у него будет маска.
Как только братйя закончили работу, послышались звуки свистка1. Женщина сказала:
— А теперь садитесь. Я скажу, будто раздобыла пищу, чтобы он не догадался, что мы задумали.
С криками «Хап-хап!»2 вошел Бахбакваланухусивэ. Закричали Хохухоку3 и Кваквахваланухусива4. Бахбакваланухусивэ лег на спину. Его тело было сплошь покрыто ртами. Затем он поднялся. Он возбудился и четыре раза обошел дом с криками «Хап! хап!». Затем он вошел в спальню. Как только он скрылся, оттуда вышел Ворон с перьями на голове, достигавшими пояса, и начал плясать вокруг огня. Потом он скрылся в спальне. Тогда вышел Кваквахваланухусива, крича «Хап-хап-хап!», и начал плясать вокруг огня. Когда он скрылся в комнате, из нее с криками вышел Бахбакваланухусивэ. Он сплясал вокруг огня и ушел. Тогда вышел Хохухоку, крича «Хап-хап! Хо-хо!» Он сплясал и ушел в комнату. Тогда вышел Бахбакваланухусивэ с четырьмя кинкалалала5 и четырьмя ко-минока6.
Бахбакваланухусивэ говорил «Хап-хап!», кинкалалала пели и кричали «Хойп!», коминока иногда пели «Хай-хай-хай!». Бахбакваланухусивэ плясал. Когда он подошел к яме, вырытой братьями, Тавихамайа поднял закрывавшие ее доски. Бахбакваланухусивэ во время пляски смотрел в потолок. Он не заметил ямы и упал прямо на раскаленные камни. Братья быстро закрыли яму. Людоед был мертв. Певцы лишились чувств. Пока они лежали без чувств, Тавихамайа забрал все их украшения из красной коры. Он забрал также маски, столб Хаматса7 и свистки. Так научила его сделать женщина. Она научила его песне Бахбакваланухусивэ.
Тавихамайя вернулся домой и рассказал о происшедшем отцу. Нанвакаве сразу же отправился к дому Бахбакваланухусивэ вслед за сыновьями. Когда они пришли к дому, сидящая там женщина угостила их и сказала:
— Дорогой Нанвакаве, у тебя будут пляски, и маска Хаматса, и маска Ворона, и маска Хохухоку, и маска Бахбакваланухусивэ, и украшения из красной коры кедра. Коминока будут надевать украшения из красной и белой коры, а у «Медведя в дверях дома»8 будут свистки. У нонлтсисталал9 будут два свистка и красная и белая кора. Ты увидишь, как устроена спальня людоеда и столб людоеда. Вот он, проходит через крышу. Вот, возьми свистки Бахбакваланухусивэ.
Так говорила женщина Нанвакаве. Она обучила людей песням. Сначала она спела песнь главной маски. Вот она:
Потом она сказал:
— Это песни маски Хаматса. Теперь послушайте песню коми-ноки. Знайте, что она добывает пищу для Бахбакваланухусивэ. Вот эта песня:
