Мифы «устойчивого развития» полностью

Но рассмотренные нами три доклада — все-таки стержневые, формирующие выявленную нами логику эволюции воззрений на экологию и «устойчивое развитие» в направлении экономики и политики. «Пределы роста» раскрыли экологическую и социальную проблематику в контексте деиндустриализации, депопуляции и глобализации контроля над природными ресурсами.

Доклад «За пределами роста» значительно расширил круг рассматриваемой проблематики за счет разоружения, вопросов «общественной эффективности» и распространения технологий.

Отчет «Первая глобальная революция», констатировав снижение актуальности при развале СССР разоруженческой и технологической проблематики, окончательно вывел на передний план задачу осуществления спецоперации под названием «глобальное потепление» и, кроме того, поставил в повестку дня вопрос централизованного управления глобальными политическими процессами, увязав ее с проектом реформирования ООН.

В заключение скажем пару слов решительным противникам самой логики объединения экологии с политикой. Констатируем, что на примере учебного пособия В. А. Тураева¹³⁵, приведенного в авторском введении в качестве образчика «перестроечно-реформаторской» постановки вопроса по этой теме, такое объединение давно уже признано самостоятельной отраслью знаний — политической экологией (или экополитологией). В рамках этого направления политической — именно политической — науки «исследуется структурный характер экологической политики, связанной со многими элементами политического процесса и сферами общественной жизни». В частности, экологическая политика структурируется по сферам действия — глобальная, региональная, транснациональная, общенациональная и т. д., а также по уровням, среди которых выделяются теоретический и прикладной¹⁹².

Теория экополитологии занимается исследованием глобальных «политических форм и средств адаптации отдельных обществ <...> к экологическим императивам» и (sic!) «изыскивает для этого политические механизмы»¹³⁷ (курс. — Авт.). Это объясняет ключевую роль концепции «устойчивого развития» в управляемых глобальных преобразованиях. Именно по этой схеме путем выведения на улицы масс с помощью социальных Интернет-сетей меняются режимы в странах арабского мира. И останавливаться на нынешних рубежах, судя по обнародованной Пентагоном еще в 2006 году карте «Большого Ближнего Востока»¹⁹³, отражающей конечные цели этого американского проекта, никто не намерен.

Уходить от публичного обсуждения этих проблем — значит отдавать его на откуп ангажированным транснациональными интересами адептам «устойчивого развития» и «глобального потепления» и/или упоминавшимся нами конспирологам. В России, к величайшему сожалению, предостаточно и тех и других.

Практическая реализация выдвинутого Печчеи «глобального плана» предполагает решение двух взаимосвязанных задач. Первая из них предполагает создание унифицированного миропорядка и единого человечества, лишенного существующих ныне перегородок между цивилизациями, народами и религиозными конфессиями, опосредующего их исторический опыт и идентичность. Для решения этой задачи предлагается повсеместное внедрение всеми возможными и невозможными способами универсальной, надцивилизационной системы «общечеловеческих» ценностей, основанных на подмене общественного идеала материальными интересами. Вторая задача требует сохранения единства западной цивилизации, непременным условием которого называется предотвращение «полной изоляции» США и переформатирование в этих целях всей существующей глобальной системы экономических и военно-политических блоков и союзов. В авторской проектной концепции эти задачи рассматриваются отражением цивилизационного и геополитического аспектов глобализации и глобального управления.

Однако у «глобального плана», авторство которого принадлежит отнюдь не только Печчеи, но и ряду других, в том числе и более влиятельных, фигурантов «интеллектуальной элиты и мировых банкиров», имеется еще и третий аспект — метафизический, а точнее оккультный, рассматривающий глобальные перспективы в эсхатологической оптике, противопоставленной как традиционным религиям, так и атеизму.

Реализация «глобального плана», тесно связанного с интересами мировой олигархии, определенным образом соединена с принципом так называемого «революционного консерватизма». В том виде, в каком этот принцип был сформулирован Г. Уэллсом и — об этом следует говорить прямо — он послужил предшественником не только «Технотронной эры» и «Кризиса демократии», но и крайне правых идеологических течений, прежде всего нацизма.

Что такое революционный консерватизм?