Мифы «устойчивого развития» полностью

На первом этапе приоритет следует отдать третьему направлению, мобилизовав соответственно мотивационные рыночные механизмы и обратив внимание на препятствующие нерыночные факторы <...>.

„Парниковый эффект" усиливают также и окислы азота, применяемые в сельском хозяйстве. Его необходимо срочно переводить на органические удобрения»¹⁹⁰ (курс. — Авт). (А поскольку их, конечно же, не хватит — развивать сомнительную генную инженерию. — Авт.)

Деиндустриализация, таким образом, выдвигалась в качестве безальтернативного варианта решения проблем будущего, инструментом формирования которого — вновь подчеркнем это — назывался рынок. В следующем разделе, в главе 9, в рамках рассмотрения доклада Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству «Наше глобальное соседство», этот тезис будет рассмотрен максимально подробно.

Особо выделим, что отчет Римского клуба — первый доклад, в котором четко прописывались пути и способы политического воздействия на экологическую проблематику. Кингом и Шнайдером впервые — на примере деятельности партий «зеленых» — было заявлено о позитивности продвижения экологии на уровне «большой политики». Более того, достигнутый на тот момент уровень политизации признавался недостаточным¹⁹¹. И мы видим, как сегодня этот механизм выводится уже на качественно новый уровень, активно внедряясь не только в партийные платформы, но и в широкий спектр европейских и глобальных институтов. «Россия не первый год лидирует по количеству „проблемных" объектов, обсуждаемых на сессии (ЮНЕСКО. — Авт.), — заявляет руководитель «Гринпис России» А. Петров. — И происходит это не из-за природных катастроф или военных конфликтов: все имеющиеся проблемы создаются властями или бизнес-структурами»¹²⁹. Решением XXXV сессии ЮНЕСКО (конец июня 2011 г.) Российской Федерации было «настоятельно рекомендовано» прекратить строительство экспортного газопровода «Алтай», добычу золота в Республике Коми и т. д.¹³⁰

Абсолютно конкретными явились основные политические выводы доклада, касающиеся экологической проблематики. Во-первых, Кингом и Шнайдером вносилось предложение начать под эгидой ООН и во взаимодействии с ЮНЕП, ЮНЕСКО и Всемирной метеорологической организацией глобальную кампанию по экономии и эффективному использованию энергоресурсов, включая создание соответствующих государственных органов. (ЮНЕП и ВМО, как помним, послужили организационной основой упоминавшейся в главе 3 МГЭИК — Межправительственной группы экспертов по изменению климата, [то есть этот пункт можно признать практически реализованным. — Авт.]).

Во-вторых, для взаимодействия промышленников, банкиров и государственных структур отчетом Римского клуба предлагалось

создать Совет безопасности ООН по экологии — без права вето с участием НПО и транснациональных корпораций¹³¹. Несмотря на прилагавшиеся усилия, включая те, что были предприняты Конференцией ООН по окружающей среде и развитию 1992 года, данный пункт впоследствии был пересмотрен. Сопротивление этим замыслам, стало быть, небесполезно.

Но главное, что не вызывает сомнений. Очевидно, что при наличии на политической карте мира СССР — пусть и в «вегетарианском» горбачевском варианте — подобная программа была бы обречена. Именно поэтому проблема «устойчивого развития», уже три года как сформулированная к тому времени комиссией Брунт-ланд, в отчете Римского клуба практически не фигурировала: ее время на тот момент еще не наступило.

Вместе с тем помимо указанных четырех «кругов проблем», доставшихся в наследство от Пестеля, руководителями Римского клуба Кингом и Шнайдером в доклад был включен еще один «круг», проблематика которого раскрывалась в главе 8, характерно озаглавленной «Управление и способность управлять».

Попытаемся вычленить из нее главное, разместив авторские комментарии, как обычно, в скобках.

«<...> Глобальные проблемы выше компетенции отдельных национальных правительств, они не встраиваются в принятые теории конкурирующего межгосударственного поведения, становясь тем временем во все возрастающей степени доминантой в мировых делах.

Обратим внимание на некоторые несоответствия функционирования мировой системы характеру глобальных проблем: