— третий Всемирный саммит
Логика следующая: от «окружающей среды» к «окружающей среде и развитию», а от этой формулы — уже к формуле «устойчивого развития». Причем обозначаемые этой словесной игрой терминологические нюансы отнюдь не являются тавтологией, а наполнены по-настоящему глубоким и тонким содержательным смыслом, обозначающим динамику и вектор эволюции управления развитием.
1995 год ознаменовался упомянутой Всемирной встречей на высшем уровне в интересах социального развития. Принятые на ней Копенгагенская декларация [Прил. 2] и Программа действий, с одной стороны, увязывались с «Повесткой дня на XXI век» — основным документом конференции в Рио-де-Жанейро, а с другой — с вышедшим в том же 1995 году докладом Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству «Наше глобальное соседство».
В 2000 году состоялся еще один форум, известный под названием Саммита тысячелетия, ставший частью целого комплекса мероприятий, которые мы рассмотрим ниже.
Созванный в рамках «юбилейной» сессии Генеральной Ассамблеи ООН в межправительственном формате — с участием глав государств и правительств, он посвящался началу XXI века и третьего тысячелетия. На этой глобальной встрече страны-участницы в лице глав государств и правительств приняли Декларацию тысячелетия [Прил. 5], одной из неофициальных задач которой явно являлось сопровождение ускоренного перехода от формата Рио-де-Жанейро к формату Йоханнесбурга, включая обновление соответствующих институтов.
Вместе с тем дальнейший ход событий доказал, что созыв Саммита тысячелетия преследовал куда более далеко идущие цели, нежели «тестирование» хода выполнения решений конференции в Рио-де-Жанейро и подготовки к саммиту в Йоханнесбурге. Наряду с экологией имелось в виду нечто другое, совсем новое. А именно: раздвоение ветвей «устойчивого развития», при котором каждая из них получала свой межправительственный форум.
Предполагалось, что в компетенции одной ветви останутся вопросы социально-экономического управления, а сферу ответственности второй ветви поначалу составит политическая и военнополитическая проблематика, облеченная в форму миротворчества. В дальнейшем эту сферу предполагалось расширить, включив в нее то самое управление конфликтами, о котором писал Э. Саттон, что на деле означает переход к этой второй ветви неких полномочий по глобальному стратегическому планированию.
В рамках «глобального плана» вторую ветвь глобального управления, по-видимому, предполагалось либо сразу освободить от обязанности осуществлять текущий контроль над продвижением экологической и социально-экономической проблематики, передав их первой ветви. Либо это намеревались сделать в перспективе, когда основные конвергентные задачи будут уже выполнены, а до того момента функции обеих ветвей могли тесно переплетаться, взаимно дополняя друг друга.
Подробнее этот вопрос будет рассмотрен в следующей главе 7.
Возвращаясь же к конференциям ООН по окружающей среде и (устойчивому) развитию, отметим, что полномочиями, а также ответственностью за реализацию принятых ими решений в десятилетних промежутках между форумами наделяются созданные ими специализированные организации и структуры. Ключевые из них, как мы убедимся в § 6.3, функционируют в рамках стратегического партнерства ООН и Социнтерна. Во взаимодействие с сетью специализированных учреждений, программ и фондов ООН, а также организованными по географическому или тематическому признаку комитетами, рабочими группами и комиссиями Социнтерна вовлечены и упоминавшиеся институты «глобального гражданского общества», а также транснациональные НПО.
Система многосторонних международных соглашений подключает к этой деятельности государственные и надгосударственные институты.
К ним относятся как официальные организации — региональные (например, НАТО), так и закрытые структуры (Совет по международным отношениям, Бильдербергский клуб, Трехсторонняя комиссия). Они функционируют в режиме секретности, принятом в масонских ложах при отсутствии протоколов и другой официальной информации, с особым порядком охраны участников и недоступностью для СМИ, а также с так называемым правилом «Chatem House»307 и т. д.
Как следует из приводившегося определения «нового мирового порядка», эти закрытые структуры являются некими модераторами глобальной трансформации, которая осуществляется прежде всего в интересах мировой финансовой олигархии.
В 1972 году, в год выхода «Пределов роста» — первого доклада Римскому клубу, а также запуска процесса создания Трехсторонней комиссии и будущей «Группы семи», в Стокгольме состоялась первая Конференция по окружающей среде (пока без «развития»).
