Две рабочие группы — «по долгосрочным совместным действиям в рамках РКИК» (AWG-LCA) и «по дальнейшим обязательствам для сторон Киотского протокола» (AWG-KP) — соответствовали двум «трекам», на которые был разбит саммит во избежание нового провала, аналогичного копенгагенскому. (Какую роль сыграла в этом позиция, занятая США, — увидим ниже). Кроме двух основных рабочих групп, функционировали две вспомогательные — «по научно-технологической экспертизе» (SBSTA) и «по осуществлению климатической политики» (SBI).
Внешне ключевым вопросом явился поиск путей и перспектив преодоления копенгагенских разногласий при выработке соглашения «Киото-2». Сторонниками такого соглашения выступили развивающиеся страны во главе с Китаем, а также, с оговорками, делегация Европейского союза; противниками — ряд развитых, включая США, Россию и некоторые другие — Японию, Канаду, Австралию и Новую Зеландию.
Однако этот подход — «за» или «против» «Киото-2» — достаточно поверхностен, ибо скрывает как специфику различных позиций, включавших также отношение и к другим вопросам, так и вызванное этим сложное маневрирование участников конференции.
Во-первых, в реальности позиции России и Китая не только не противоречили друг другу, но и фактически совпадали в главном вопросе — необходимости заключения «всеобъемлющего договора по борьбе с изменениями климата»596. В заявлении главы китайской делегации Се Чжэньхуа этот тезис, можно сказать, был раскрыт. Пекин заявлял о необходимости принятия новой глобальной программы действий, которую предлагал закрепить в трех основных документах: добровольных программах действий развивающихся стран, соглашении «Киото-2» и ряде дополнительных соглашений в рамках РКИК597. Что это в «пакете», если не «всеобъемлющий договор»?
Вместе с тем полностью отождествить позиции КНР и России нельзя из-за расхождений в отношении к идее пролонгации действия Киотского протокола на период после 2012 года в случае, если нового соглашения достигнуто не будет. Являющаяся членом этого протокола Россия выступила против такой пролонгации; не входящий в число его участников Китай — за. Официальный представитель китайского МИД Хуан Хуэйкан в связи с этим заподозрил противников продления Киото в стремлении «убить» протокол598. Развивающимися странами, выступающими за его пролонгацию и продолжающими рассчитывать на «зеленые» технологии и инвестиции с Запада, в Канкуне был даже введен в оборот термин «второй период обязательств по Киотскому протоколу»599.
Как представляется автору, в части, касающейся климатических проблем, в российско-китайских отношениях выделяются два крупных вопроса, имеющих скорее политический, нежели экологический характер. С одной стороны, обе стороны противодействуют попыткам США сохранить за собой односторонние преимущества, обусловленные неучастием Вашингтона в Киотском протоколе. (Об этом, напомним, свидетельствует фактически согласованная позиция КНР и Российской Федерации в Канкуне.)
С другой стороны, этим партнерство и ограничивается. В остальных вопросах Китай не только предпочитает сотрудничать с другими странами БРИК, но и объединяет их — вместе с Южной Африкой, но без России — в новую международную организацию BASIC (Бразилия — Южная Африка — Индия — Китай). Неслучайно президент Бразилии Л. Фигерейдо призвал противников Киото (имея в виду прежде всего Россию, Японию и Канаду) «выйти из протокола, заплатив за это соответствующую политическую цену»600.
С третьей же стороны, вступает в действие фактор особых, специфических интересов нашей страны, связанных с переносом в «Киото-2» сэкономленных Россией квот на парниковые выбросы, что не разделяется другими членами мирового сообщества. Дело в том, что экономический обвал 1990–2000-х годов резко снизил объемы «парниковых» выбросов в России и некоторых других промышленных республиках бывшего СССР, прежде всего на Украине. Конкретные цифры таковы: из сэкономленных в мире в целом 11 млрд т квот 8 млрд т приходится на Россию601.
Москва, а также Киев жизненно заинтересованы в том, чтобы использовать эти квоты в условиях будущего экономического подъема, связанного с восстановлением и развитием традиционного промышленного сектора. Но поборники «устойчивого развития», прежде всего в США и Европе, с этим не соглашаются.
«Давайте будем честными, — отмечается представителями Международной климатический сети („CAN-International"), вручившими в Канкуне России и Украине антинаграду „Динозавр дня", — огромный избыток квот, который имеют Украина и Россия, возникне благодаря эффективным действиям по снижению выбросов парниковых газов. Если будет перенесен избыток квот в будущее, индустриально развитым странам можно не прилагать усилий, чтобы уменьшать выбросы, а продолжать выбрасывать парниковые газы»602.
