Мифы «устойчивого развития» полностью

Под предлогом растущего экологического загрязнения, якобы ведущего к «глобальному потеплению», и необходимости рационализации использования мировых природных ресурсов предполагалось введение прямого управления этими сферами со стороны «интеллектуальной элиты и мировых банкиров».

Конечной задачей, по-видимому, считалось создание космополитической «глобальной империи». В ее рамках человечество предполагалось разделить на элитарное, «креативное» меньшинство и наделенное функцией его обслуживания «неспособное к прогрессу» косное большинство, которое, во избежание протестного объединения, предполагалось опустить в архаику.

Теоретическим фундаментом «глобального плана» на первом этапе стала группа конвергентных концепций, объединенных теорией модернизации; в практической — вовлечение в процессы конвергенции Советского Союза. Последующая эволюция теории и практики, выраженная формулой «глобального управления и сотрудничества», вывела рассматриваемые процессы на формирование концепции «устойчивого развития», воплощением которой в политической сфере стала концепция «управления конфликтами» («миростроительства»).

Вот что писал о первых шагах в этом направлении академик Д. М. Гвишиани, стоявший у его истоков:

«На протяжении 60-х годов, <...> в рамках существовавших межправительственных структур, в том числе ООН, стали складываться новые подходы к организации международного сотрудничества <...> , нацеленные на разработку глобальных программ совместных действий всех государств мира.

Одной из первых принципиально новых структур стал Консультативный Комитет ООН по применению науки и техники в целях развития (АКАСТ), созданный после прошедшей в 1963 году в Женеве конференции ООН <...>.

Отметим весьма характерную особенность: члены АКАСТ (к которым принадлежал и Гвишиани. — Авт.), состав которого утверждался Генеральным секретарем ООН, вели работу не как официальные представители своих стран и правительств, а в личном, частном качестве. <...> В составе АКАСТ были крупные ученые, представлявшие конкретные области знания. <...> Отличительной чертой комитета <...> становился междисциплинарный подход. Обладая широкой научной эрудицией и опираясь на суждения экспертов, его члены добивались выработки интегрированной картины научно-технического развития.

Одним из важнейших проектов, подготовленных АКАСТ, был „Всемирный план действий", нацеленный на интеграцию научного, технического и финансового сотрудничества развитых и развивающихся стран <...>.

Интересным новым типом научно-исследовательских организаций <...> стали „мозговые тресты" или „мозговые центры" <...>.

Они возникли сначала в США <...>. Основной задачей „мозговых центров" считались исследования, результаты которых особенно важны для принятия практических политических решений.

В этом их главное отличие от традиционных НИИ <...>.

<...> Здесь надо отметить одну важную смысловую тонкость, связанную с нашим и западным толкованием понятия „политика"

<...> . Мы привыкли понимать под „политическим" решением чисто государственное или партийное и отождествлять „власть" с государственной властью. В развитых западных странах понятие „власть" связано с последним уровнем принятия окончательных решений, а „политика" обычно означает комплекс мер по приложению, применению на практике избранного направления действий. В данном контексте, рассказывая о деятельности Римского клуба и других глобальных организаций, мы всегда говорим о „политике" и „власти" именно в этом широком „западном" смысле»¹(курс. — Авт.).

Итак, во-первых, «новые подходы <...>, нацеленные на разработку глобальных программ», результатами которых стали «Всемирный план действий» АКАСТ и «глобальный план» Римского клуба, сложились не сами. Помощь в их становлении была оказана определенным кругом научных элитариев, предумышленно оторванных от своих стран, национальных корней и интересов и объединенных в некую профессиональную корпорацию.