Атагельды Караев — реалист. Он рисует убедительные и точные в деталях картины быта современного села, простую и нелегкую жизнь чабанов, но в повести ему важно показать не единичный случай, и чтобы подчеркнуть символический характер происходящего, поднять его до притчи, обобщения, он вводит еще одного героя.
Однажды ночью придет к чабанскому костру странный бродяга, величающий себя пророком Хыдыром Атой, тот самый, который повстречался незадачливым охотникам в день гибели Юсупа. Придет и расскажет легенду о богатыре и старце, мораль которой так созвучна мыслям Байджана. Мыслям писателя: человек должен сам сделать выбор между Добром и Злом.
Но преступление, оставшееся безнаказанным, рождает новые преступления. Так случается и в повести. Джуманияз, спасая свою жизнь, похищает у своих спутников термос с последней водой, обрекая их, заблудившихся в просторах пустыни, на мучительную жажду, а может, и смерть.
Мы верим автору, когда в финале повести его герой — доверчивый, как ребенок, податливый, как воск, чужой воле Байджан, берет на себя груз ответственности за жизнь другого человека, жалкого, потерявшего в борьбе с пустыней силы — Акджика. А тот признает за Байджаном право на поступок, доверяется ему.
Повести Атаджана Тагана "Миг расплаты" и Атагельды Караева "Где брат твой?" очень разные. Но сближает их желание авторов подняться над изображаемой действительностью, представить частный случай, как некую модель человеческих взаимоотношений. Поступок становится мерилом значимости человека. А решительность, умение взять на себя ответственность в не простой, нередко экстремальной ситуации — наиболее ярким проявлением характера положительного героя литературы. Защищая ребенка, бросится наперерез быку Непес-ага и именно этот поступок, порыв души станет своеобразным искуплением вины. И поднимаясь из пыли, в которой извалял его сорвавшийся с привязи бык, Непес-ага подумает: "Конечно, расплата не та, но что поделаешь, какая есть". Поступками утверждает себя и герой Атагельды Караева.
На первый взгляд, таков же и Сердар Ниязов из повести Мухамметнура Курбанклычева "Факелы и звезды". Она о туркменских газовиках, бурильщиках, в трудностях пустыни ведущих разведку подземных кладовых. В таких условиях решительность приобретает первостепенное значение. Ведь на буровом мастере лежит ответственность и за людей, и за дорогое оборудование, и за дело. Решительность и компетентность приносят Сердару уважение коллектива, любовь Гюльджемал. Но… Да, чтобы проверить характер героя, необходимо "но", необходимы испытание, конфликт. Время от времени они возникают в этой повести, но всем предлагаемым автором ситуациям не хватает многомерности, с которой мы встречались в повестях А. Тагана и А. Караева. Ситуации таковы, что перед героем по сути и нет выбора. Он должен поступить или плохо, или хорошо. Сердар, естественно, поступает хорошо. Мы видим, что реалистическая манера письма автоматически не гарантирует реалистическому отображению жизни. Сердара автор явно идеализирует.
Сюжет повести благополучно катится к финалу, но в последний момент происходит осечка. Поступок, которого мы так долго ждали от главного героя повести, совершает его любимая, Гюльджемал. Она уезжает, оставив письмо. "Твое равнодушие к моему прошлому не могло не огорчать, но я терпеливо ждала и молчала. Ты как бы забывал, что наша судьба зависит не только от наших чувств и отношений. Ослепленный любовью, ты видел только меня и ни разу не спросил о (далее ничего нет — прим. ANSI)
По сути повесть М. Курбанклычева заканчивается там, где повести А. Тагана и А. Караева — начинаются. Да, писатель утверждает те же моральные ценности, что и его коллеги по перу, но ему не хватает убедительности. Ведь поступок — это лишь надводная часть айсберга, он должен быть выстрадан, созреть в душе героя. Гюльджемал же на всем протяжении повести была на вторых ролях, этакой бледной тенью главного героя, ее поступок не подготовлен развитием сюжета, кажется некоей досадной помехой на пути к счастливому концу. Если прежде приходилось говорить об условности, которую авторы повестей избирали сознательно, чтобы достичь заранее рассчитанного эффекта, то теперь мы имеем дело тоже с условностью, но условностью характера. Условностью явно нежелательной.
