— От Сергея, — пояснил мальчик и отдал другу яблоко. — Мой отец, как и вы, преподаватель. Он учит студентов основам кибернетики.
Академик вздохнул с облегченнием: о его засекреченной деятельности мальчик, по-видимому, не знал. А то, что Ыхлас, несмотря на малый возраст, держится как мужчина, приятно удивило Воронцова.
— Чего мы стоим!? Пошли! — сказал Ыхлас и потянул друга за руку.
— Пошли, — ответил с готовностью Сергей. — Сегодня мой отец будет следить за нашими состязаниями.
Когда они отдалились от дома шагов на сорок, Ыхлас вдруг резко обернулся и остановился. Его примеру машинально последовал Сергей. Оказывается, за ними медленно плелась Айнашка, чуть позади нее — старый пес.
— Куда ты идешь, упрямая девчонка?! — в голосе Ыхласа прозвучали твердые нотки: — Это надо же! Разрешения даже не просит. Идет, будто так и надо. Ну-ка, Аксай, вернись сейчас же. Назад!
Пес лениво повернулся и нехотя побрел к дому.
— И ты возвращайся, — приказал сестренке Ыхлас, — сколько раз толковал тебе: не вмешивайся в игры мальчиков и не ходи за мной по пятам. Ну-ка, марш-марш домой! — И он топнул ногой.
Айна стояла, как вкопанная, и не думала двигаться с места.
— Все равно твоя команда проиграет! Ты же не умеешь прыгать!.. Ты, ты… — Она замолчала, всхлипывая, и побежала обратно.
— Ты ее обидел, Ыхлас, — нахмурился Воронцов.
— Да вы еще не знаете Айну, дядя Женя! — стал поспещно оправдываться Ыхлас. — Очень упрямая девчонка. Все время вмешивается в дела мальчишек. И на велосипеде носится, как угорелая, и в футбол играет, на турнике вертится. Даже лезет в чисто мужскую игру. "Прыжок чабана" называется. В этой игре надо перепрыгнуть через верблюжонка. Она даже этот "барьер" хочет взять! А родители не говорят ей ни слова. Она у нас самая младшая, вот и избалована. Если я что натворю, со мной не церемонятся, иногда отец и затрещину отвесит.
— Полагаю, ты ее справедливо заслуживаешь, — мягче сказал академик. Его заинтересовал не по возрасту умный мальчик.
Наконец они подошли к оврагу. Здесь меж двух высоких холмов было широкое ровное поле. Прямо в центре его стоял крепкий верблюжонок и лениво жевал траву. Рядом вертелось около тридцати мальчишек.
— Наш капитан идет!
— Выходит, ты уже капитан?! — спросил Воронцов.
— Да, — не без гордости заявил Ыхлас и принялся разъяснять: — Наши ребята из Джангли сегодня соревнуются в прыжках с мальчиками из Черкезли. Сначала через планку, а потом самые ловкие будут прыгать через верблюжонка.
— О, высота немалая, — улыбнулся Воронцов. — Ну, поглядим, кто кого победит.
Честь прыгать через верблюжонка выпала на долю-капитанов соревнующихся команд. Ыхлас пока отставал от черкезлинского капитана в прыжках через планку на целый сантиметр. Тогда мальчик из Черкезли то ли из тщеславия, то ли проявляя спортивное великодушие, неожиданно предложил Ыхласу:
— Я отказываюсь от прыжка через верблюжонка! Пускай любой из джанглинцев сделает это, если сможет. И мы с тобой разделим в таком случае победу.
Рассерженный Ыхлас обратился к Воронцову:
— Они недооценивают меня. Думают, я не перепрыгну!
— Он прав, — спокойно ответил академик. — У тебя должен быть напарник. Ты устал, и капитан из Черкезли видит это.
— Нет, я прыгну! — решительно заявил Ыхлас, сжав кулаки. Было заметно, что он охвачен азартом состязания.
Ыхлас отошел метров на тридцать от пасущегося верблюжонка к флажку, чтобы взять разгон. Но почему-то не разбегался: то ли не решался, то ли просто отдыхал. Прошло минуты четыре, а он всё не прыгал.
По правилам игры Ыхласу дали еще минуту.
— Раз, два, три, четыре… шесть… двенадцать! — принялся громко отсчитывать секунды капитан из Черкезли. — Пять-десят о-дин!.. Пять-де-сят два!
— Твой друг, кажется, проиграл, — обратился к сыну Воронцов.
В тот же миг на холме позади Ыхласа, словно из-под земли, выросла фигурка девочки в красном платье. Как стрела, выпущенная из лука, помчалась она в их сторону, с ходу — красиво, легко перемахнула через верблюжонка. Все произошло так Неожиданно, что мальчишки опешили. А девочка, пользуясь общим замешательством, спрыгнула с кучи соломы, лежавшей в качестве "мата", быстро пригладила упавшие на лоб волосы. Затем повернулась лицом к черкезлинцам, озорно показала розовый язык — так же легко, стремительно помчалась обратно к холму.
Мальчишки захохотали.
Лишь один Ыхлас не смеялся. Ему было стыдно, что младшая его сестренка Айна справилась с трудной для него задачей.
И вот теперь, спустя одиннадцать лет, Ыхлас вспомнил тот день: овраг, Айну и верблюжонка, академика Воронцова и Сергея, друга своего детства…
— Если верить твоим подсчетам, сегодня мы должны выйти на орбиту искомой мини-планеты. Так ли это?
Штурман мысленно усмехнулся: "Тебе хочется поболтать со мной? Так и сказал бы. Книжка, которую ты листал, прочитана еще вчера от корки до корки". А вслух с обидой произнес:
— Надо верить, Сергей… В чём ты сомневаешься?
Тот легонько хлопнул его по плечу:
