О том, как сложилась судьба Якова Антонова, существует несколько версий. По одной из них, сбитый летчик угодил в лагерь военнопленных под Мариуполем. А оттуда ему помогли бежать местные подпольщики, имевшие связь с разведотделом Черноморского флота. Флотские разведчики находились в оперативном подчинении разведотдела 56-й армии Южного фронта, стоявшей на Миусе. Предполагают, что после побега из лагеря Яков Антонов скрывался в доме санитарки больницы Матрены Дмитриевны Кузенковой, где действовала подпольная группа врача Гнилицкого. Через некоторое время его переправили в город Ейск, где следы Якова Ивановича теряются…
Как бы там ни было, Герой Советского Союза майор Яков Антонов внес свой вклад в Победу: его полк прославился в тяжелейших боях за Кавказ.
…С бывшим фронтовым летчиком, командиром эскадрильи 671-го штурмового авиационного полка Георгием Тимофеевичем Береговым я познакомился в ту пору, когда он уже был дважды Героем Советского Союза, начальником Центра подготовки космонавтов, генерал-лейтенантом авиации. И познакомился там, где и полагается знакомиться с космонавтом, – на космодроме Байконур. Дело в том, что в 1984 году я получил «госзаказ» на роман о космонавтах. В отделе культуры ЦК КПСС мне сказали: «Хватит писать о подводниках, надо отдать должное и покорителям космоса». И я отправился на Байконур. По воинским законам, прежде чем начинать работу в «хозяйстве» того или иного военачальника, надо представиться главе этого «хозяйства». Вот я и был представлен начальнику Центра по всей положенной форме. Несмотря на обилие своих громких титулов и званий, Георгий Тимофеевич Береговой отнесся ко мне великодушно, правда, с долей иронии.
– А здоровье-то позволит роман написать? – спросил он с усмешкой. – Вам же придется весь цикл пройти. А там и в космос слетать. А иначе как вы про нашу жизнь напишите?
– Когда проходить комиссию?
После знакомства с этим замечательным человеком я решил сделать его, космонавта номер 12, прообразом главного героя романа. Однако по целому ряду причин в космос я не полетел и роман не написал. Но в блокноте осталось немало записей бесед с Георгием Береговым, заметки о его фронтовой биографии. О себе он говорил так:
«Я был не из тех редких удачников и счастливцев, кто, рано угадав свою цель, упорно и уверенно шел к ней, делая вместе с тем и собственную судьбу. Мне удалось не петлять в поисках легких путей и решений, не размениваться по мелочам. В этом заключается мой способ жизни, мой „угол атаки“, и он меня не подвел».
На фронт гвардии капитан Береговой прибыл в августе 1942-го. Воевал на самолетах Р-5, АНТ-40 (скоростной бомбардировщик), Ил-2. Летал на штурмовку танковых колонн, бомбил железнодорожные узлы, мосты, понтонные переправы, артиллерийские позиции. 186 боевых вылетов. Трижды Берегового сбивали, и он выбрасывался на парашюте, трижды горел в самолете. Но кто-то за него горячо молился – всегда возвращался в строй.
Особенно отличился во время Львовско-Сандомирской операции, которую проводил 1-й Украинский фронт. 19 июля 1944 года летчики 4-го и 6-го авиакорпусов с разных направлений нанесли мощный удар по Львовскому железнодорожному узлу. Противник надолго лишился возможности подвозить резервы. Принимал участие Береговой и в «звездном» – с разных сторон – налете на большой немецкий аэродром под Львовом. За бои на Сандомирском плацдарме Георгий Береговой получил свою первую «Золотую Звезду» Героя Советского Союза. Вторую – спустя 24 года: за четырехсуточный космический полет на корабле «Союз-3». Фактически это был испытательный полет, испытывался космический корабль нового типа. И испытывал его 47-летний летчик-ветеран. Говорят, совершив свой полет, Георгий Тимофеевич стал старейшим землянином, который побывал в космосе. Так-то оно так, но для меня он был в первую очередь геройским фронтовым летчиком. Знали бы немецкие асы, которые пытались уничтожить штурмовик Берегового, что за его штурвалом сидит будущий космонавт планеты Земля… Той самой, о которой поется в военной песне: «Горит и кружится планета, над нашей родиною дым…». Хороший сюжетный ход для романа! Жаль, что руки до него так и не дошли…
Как быстро они покидали эту землю, то ровную, как посадочная полоса, то ощерившуюся зенитным огнем, переселяясь туда, где им было привычнее – на небеса…
В 1984 году Москва хоронила Главного маршала авиации Павла Кутахова.
Генерал-лейтенант авиации Георгий Береговой скончался в 1995 году, упокоен на Новодевичьем кладбище в Москве.
Генерал-полковник авиации Александр Мироненко умер в 1999 году.
В 2008 году не стало и генерал-полковника авиации Георгия Пакилева.
В роду у меня не было летчиков. Но летчики, о которых я рассказал, стали для меня родными. В той или иной степени. В степени собратьев отца, который вел свою роту на Запад под их воздушным прикрытием.
