С первым настоящим воздушным асом судьба свела меня на Скаковой улице, где размещался штаб авиации ВМФ. Я пришел на прием к командующему морской авиацией СССР Герою Советского Союза генерал-полковнику авиации Александру Алексеевичу Мироненко. Пришел к этому высокому начальнику, заслуженному военному летчику СССР, слегка робея. Но командующий весьма снисходительно отнесся к моим погонам старшего лейтенанта, принял по-дружески, а самое главное, разрешил то, ради чего я, корреспондент «Красной звезды», к нему и пришел, – полет на боевую службу в составе экипажа самолета дальней морской разведки. Разумеется, мое появление было предварено звонком главного редактора «Красной звезды» генерал-лейтенанта Николая Ивановича Макеева, но по правилам воинского этикета я должен был лично предстать перед военачальником, который брал на себя ответственность за допуск к важному государственному делу офицера со стороны. Боевая служба есть боевая служба, она приравнивается к боевым действиям, и корреспондентов на борту самолетов-разведчиков не очень-то жаловали. Возможно, я был первым, кому удалось получить «добро» на полет в Атлантику на самую что ни на есть настоящую разведку: поиск американского авианосца в районе островов Зеленого Мыса. Мироненко направил меня в 392-й ОДРАП – отдельный дальнеразведывательный авиаполк, который базировался тогда под Вологдой. О том незабываемом почти 18-часовом полете я написал повесть «Полет на полный радиус». Она вошла в самую первую мою книгу «Соль на погонах», и генерал-полковник Мироненко, помимо всех своих замечательных титулов еще и кандидат военно-морских наук, написал к ней предисловие.
О военных делах летчика Мироненко я узнал много позже. Сам же Александр Алексеевич рассказывал о себе весьма скупо. По комсомольскому набору поступил в Ейское военно-морское авиационное училище имени Сталина. С 1940 года служил летчиком в 5-м истребительном авиаполку Краснознаменного Балтийского флота. Войну начал с первых же ее дней, прикрывая небо над Таллином и уход наших кораблей в Кронштадт. Сопровождал самолеты, эвакуировавшие детей из блокадного Ленинграда. В день – по семь-восемь боевых вылетов.
Задача особого назначения – прикрывать с воздуха «Дорогу жизни». Прикрывал, не щадя своей машины и своей жизни.
В ту самую жестокую блокадную зиму Александр Мироненко вместе с еще пятью летчиками отогнал от автоколонны с продовольствием 18 самолетов противника. На каждого нашего – по три немецких самолета. И ведь отогнали, да еще два «мессершмитта» сбили.
За полтора боевых года Мироненко прошел путь от командира звена до командира истребительного полка. Полк под его командованием помогал прорывать ленинградскую блокаду, а потом гнать врага на запад. Под крыльями мироненковских истребителей проплывали крыши домов прибалтийских столиц в облачках взрывов зенитных снарядов. Особо отличились они при штурме Мемеля (Клайпеды). Мироненко лично вел своих воздушных бойцов в огненное небо Кёнигсберга и Пиллау. Его 14-й гвардейский Краснознаменный истребительный полк был награжден вторым орденом Красного Знамени, а потом еще и орденом Ушакова. К слову сказать, точно такие же ордена были и на гимнастерке командира полка майора Мироненко, только в еще большем количестве. Да еще «Золотая Звезда» Героя Советского Союза, которую ему вручили в самый разгар боев за освобождение Белоруссии и Прибалтики – в июле 1944 года. В летной книжке аса были записаны 700 боевых вылетов. Он сбил лично 16 самолетов противника и пять – в групповых воздушных боях. Вот так ему достались его воинские чины и почести.
Сегодня воздушные волки морского неба вспоминают командующего морской авиацией ВМФ СССР генерал-полковника Александра Алексеевича Мироненко добрым словом.
Павел Степанович Кутахов… Еще один из когорты, точнее – из эскадрильи отчаянной храбрости фронтовых летчиков. Было время, когда слава о нем гремела по всему Карельскому фронту. Из самого крутого перехлеста пулеметных трасс он всегда выходил живым и невредимым. Летал над зеленым морем тайги, над болотами, над Балтийским и Баренцевым морями – в безориентирном пространстве и всегда безошибочно находил путь к победе в воздушном бою, путь к родному аэродрому.
В 1944 году его, крестьянского парня, британский король Георг IV наградил высшим военным орденом Британской империи. Эту награду он получил за прикрытие полярных конвоев в арктических морях.
Кутахов был тем летчиком, за бронеспинкой кресла которого лежал маршальский жезл. Он его получил в 1972 году, став Главным маршалом авиации.
