Мила Хант полностью

И замираю. Высокий, худой. Тот же острый профиль, та же тёмная блестящая кожа. Только причёска другая: его грива разделена на пряди с кисточками на концах. И вместо жёлтых очков – синие. Я больше не сомневаюсь. Это его настоящий близнец. Кондор Второй. Моё сердце начинает усиленно биться, образы и воспоминания клубятся в голове. Конни в Демосе, Конни под Куполом, Конни, который меня поддерживает, который отказывается сражаться со мной. Тогда как сам Конни уже умер в одной из секретных лабораторий, потому что одна женщина так решила… Я с головой погружаюсь в эти мрачные мысли. Тем временем его близнец поворачивается ко мне, наши взгляды пересекаются. Он нагибается и кричит:

– Здесь праздник, видишь? Мой день рождения! Я хочу, чтобы все смеялись, кричали! Ты можешь даже плакать! Можно всё! Просто отпусти себя!

Он врывается в мой ум с такой лёгкостью, как если бы просто распахнул дверь. От неожиданности я даже не сопротивляюсь. Во мне закипают противоречивые чувства. Моя собственная горечь головокружительно смешивается с внушаемой им радостью. На глаза наворачиваются слёзы. Парень обладает той же способностью, что и Конни. Управляет эмоциями. Именно это он делает сейчас и со мной, и со всеми, кто тут собрался. Интересно, понимает ли он сам, что происходит? Я выпрямляюсь, беру свои чувства под контроль и тоже проникаю в его сознание. Он изумлённо распахивает глаза. Я мысленно обращаюсь к нему:

– Не пугайся. Я такая же, как ты. У нас обоих есть особые способности.

Он разглядывает меня. Мои эмоции стихают, парень явно ослабил хватку. Он снимает наушники, озадаченно трясёт головой, яростно скребёт в затылке, словно пытаясь выгнать меня вручную. Я пытаюсь успокоить его:

– Все вокруг в таком состоянии именно благодаря твоей способности. Ты вошёл в их умы, сам того не подозревая. Просто сконцентрировался – и подчинил себе чужие эмоции. Как ты только что сделал со мной, всего лишь пожелав, чтобы я «отпустила себя».

Он обводит взглядом огромный зал. Останавливается на каком-то типе, стоящем в отдалении. Тот вдруг приходит в бешенство, дёргается, изо всех сил лупит кулаком по столбу. Затем – так же резко успокаивается.

– Как тебя зовут? – спрашиваю я близнеца.

Он колеблется мгновение, потом снова наклоняется ко мне и кричит:

– Лиам! Как… как это возможно?

Я собираюсь ответить, но вдруг возникает ещё один голос. Кажется, он поднимается сквозь шум и какофонию, перекрывая крики и грохот музыки. Но он исходит не из толпы. И в то же время – не из колонок. Никто не кричит мне в ухо, Лиам не произносит ни слова. Нет, голос доносится оттуда, где я сейчас мысленно нахожусь. Из сознания Лиама. Я не одна в его голове.

– Кто ты? – спрашивает меня голос.

Знакомый. Спокойный и уверенный, глубокий, без агрессии. Я не могу поверить, но спешу отогнать сомнения.

Оборачиваюсь, оглядываю зал. Если он вошёл в сознание Лиама, значит, он где-то совсем близко, ведь для этого нужно посмотреть в глаза. Сканирую толпу. Безрезультатно. И вдруг золотая вспышка озаряет дальний угол, остававшийся в тени. И я вижу высокую широкоплечую фигуру. Он отрывается от стены – я тут же узнаю эту гибкую и мощную походку хищника. Он начинает пробираться к нам сквозь толпу. Чёткий подбородок, прямой нос, тень от скул. Новая вспышка – и я различаю тёмно-синий цвет глаз. Пошатнувшись, хватаюсь за край сцены. Сердце взрывается в груди.

– Кто ты и почему ты тоже внутри него? – настаивает он.

Голос раскатывается эхом по сознанию Лиама, как по храму. Он наполняет, переворачивает, опрокидывает меня. Я узнала бы его из тысячи. Мне удаётся спросить:

– А ты… кто ты?

В голове Лиама устанавливается тишина. Потом суровый голос произносит:

– Я – Вигго.

Он тоже останавливается перед сценой. Смотрит на Лиама. Потом его глаза обращаются ко мне. Я бы хотела броситься в его объятия. Но стою на месте как вкопанная. Он явно не узнаёт меня. Хуже того – не знает. Эта очевидная мысль просто убийственна. Как и Сина, Вигго, несомненно, был втянут в нашу виртуальную историю своим близнецом, над которым ставили опыты в блоке Ц. Это произошло благодаря их ментальной связи. И, подобно Сине, Вигго не сохранил ни малейшего воспоминания об идеальном мире Демоса. И ни малейшего воспоминания обо мне. От абсурда ситуации голова идёт кругом. Я люблю парня, которого считала погибшим. Совершенно неожиданно нахожу его живым и здоровым. Но я для него – прекрасная незнакомка… Я хочу всё рассказать ему прямо здесь и сейчас. В том числе и о любви, которая вспыхнула между нами. Как будто таким образом возможно преодолеть разрыв и за одно мгновение установить глубокую и прочную связь.

Погружённая в эти мысли, я машинально подхожу к нему. Слишком близко. Он с удивлением отступает. Мне хочется и смеяться, и плакать над происходящим.