Милая Роуз Голд полностью

Миссис Стоун – Мэри – озадаченно смотрела на меня, словно пыталась понять, действительно ли я только что оскорбила Алекс – ее радость и гордость.

– К слову, – сказала бывшая мамина подруга, – моя дочь говорит, вы с ней больше не дружите.

Мы с Алекс не общались уже почти два года, и она только теперь удосужилась сообщить об этом матери. Поразительно.

Я печально кивнула.

– Когда это случилось? Я ничего об этом не знала.

Ну конечно. Потому что твоя дочь двуличная сучка, которая тебе ни о чем не рассказывает.

Я опустила голову:

– Не хотелось бы говорить о ней ничего дурного, но… она плохо со мной обошлась. Я слышала, как она за моей спиной рассказывает своим университетским друзьям гадости обо мне.

Миссис Стоун ужасно смутилась:

– А Алекс сказала мне, что это ты виновата. Но если ты говоришь правду, то мне очень жаль. Не так я ее воспитывала.

Нет, ты воспитывала ее именно так, и теперь она вытирает ноги об тебя и обо всех остальных.

Я подала миссис Стоун пальто:

– Простите, но мне нужно уйти, Мэри. Мы договорились встретиться с другом с работы, – сказала я, подталкивая ее к двери. – Но спасибо, что зашли. Для меня это очень важно.

Я вывела миссис Стоун за порог. Она никак не желала заканчивать разговор.

– Это новый друг? А как его зовут?

– Арни. – Я назвала первое имя, которое пришло мне в голову, и едва не рассмеялась, представив, как мы с ним проводим время вместе.

– Арни – особенный друг? – уточнила миссис Стоун с улыбкой.

Господи Иисусе.

– Нет, самый обычный друг. – Я улыбнулась в ответ и помахала. – Ну, до свидания.

Миссис Стоун развернулась и пошла по коридору.

– До свидания, милая, – крикнула она, обернувшись.

Я закрыла дверь и подошла к окну, которое выходило на парковку возле дома. Через минуту округлая фигура моей незваной гостьи появилась на тротуаре. Миссис Стоун стояла, уставившись в темноту. Наверняка высматривала несуществующих дэдвикских бандитов. Я отошла от окна, чтобы закончить с уборкой.

Через пять минут я снова выглянула. Мэри Стоун еще не уехала. Она сидела в своей машине. Мотор работал, фары горели. Она даже не пыталась скрыть свое присутствие. Но зачем все это? Миссис Стоун что, следит за мной?

– Черт, – простонала я. Придется сесть в фургон и поехать куда-нибудь, чтобы она не поняла, что я соврала. Достаточно один раз попасться на лжи, и никто уже никогда тебе не поверит.

Я натянула куртку и схватила сумочку. Пришлось пробежаться до фургона, сделав вид, что я в спешке не заметила машину миссис Стоун, стоявшую через два ряда от моей. Парковка была набита битком. В девять вечера в среду большинство соседей давно зевало перед телевизором. Я бы сейчас делала то же самое.

Я доехала до местного бара в пяти минутах от дома, поглядывая в зеркало заднего вида, и зашла в него – на всякий случай. Вдруг миссис Стоун все еще следит за мной.

В баре было тихо и пусто. Только двое пожилых посетителей сидели в углу за столиком, уставленным пустыми стаканами. Один из мужчин заметил меня, когда я вошла. Я села за барную стойку, выбрав стул, стоявший дальше всего от них.

Бармен – неряшливого вида парень примерно моего возраста – подошел и спросил, что мне налить. Я заказала водку с клюквенным соком. Бармен поставил напиток передо мной. Я пять минут не сводила глаз с двери заведения. Миссис Стоун не появилась. Я вздохнула с облегчением.

Потягивая напиток, я обдумывала открывавшиеся передо мной перспективы.

Придется как следует постараться, чтобы все поверили в то, что я снова попала в мамины сети. Нужно будет очень хорошо сыграть свою роль. Впрочем, я шестнадцать лет была жертвой Пэтти Уоттс, так что с моим-то опытом это не должно вызвать трудностей. Главное, чтобы все выглядело максимально убедительно. Потребуется выложиться по полной, если я хочу, чтобы моя мать отправилась туда, откуда пришла.

Уголки моих губ приподнялись.

– И что такая милашка делает в баре совсем одна?

Бармен подошел ко мне. Его глаза поблескивали. Милашкой меня еще никто не называл.

– А сам как думаешь? – сказала я, показывая свой опустевший стакан.

– Повторить? – спросил он, приподняв бровь.

– Для этого ты тут и стоишь, верно? – Я поставила локоть на стойку и подперла подбородок рукой.

Бармен усмехнулся и взял бутылку дешевой водки:

– Люблю дерзких.

Я ничего не ответила. Просто сидела и наблюдала за тем, как он добавляет клюквенный сок в водку.

Бармен открыл ведерко со льдом:

– Черт, лед закончился. Сейчас вернусь.

Он сделал шаг в сторону комнаты для персонала, держа мой коктейль в руке.

– Эй, – окликнула его я. Тот обернулся. Я жестом попросила его подойти ко мне. – Ничего страшного. Я не люблю со льдом.

На лице бармена промелькнула тень разочарования, но он все же поставил напиток на стойку и, бросив новую трубочку в стакан, подтолкнул его ко мне.

Я обхватила трубочку губами и отпила немного. Прохладная жидкость обожгла горло. Мы с барменом встретились взглядом.

Бармен подмигнул: