Они были на кухне вдвоем, остальные остались в беседке — распечатывали запотевшие бутылочки пива, обмотавшись пледами до ушей.
— Я собрана, — заявила Таня и налила на губку растительное масло вместо средства для посуды.
Полина подошла и выключила воду. Они вдвоем смотрели, как стекает в канализацию пожирневшая вода, молчали. После чего переглянулись, и, видимо, отчаяние, нарисованное у Тани на лице, сделало Полли чуть менее равнодушной к бедам простых смертных, чем обычно.
— Ну что с тобой? — спросила она, как будто всю жизнь ее коронной чертой было сострадание. (Спойлер — нет!).
Таня вздохнула.
— Не могу так больше.
— Ты о том, что здесь твой бывший парень со своей новой девушкой, которая, кстати говоря, в подметки тебе не годится, потому что она явно не стерва? Или о том, что вы с Егорушкой чуть не трахнулись сегодня на крыльце? Да, я подглядывала в окно.
Таня уставилась на нее.
— Мы не… — а потом поняла, что нахрен. Она устала скрывать свою тягу к психу, она задралась, просто все, блин, с нее достаточно. — Второе.
— Хочешь его?
— А ты как думаешь?
Полинка хмыкнула.
— Очевидно, хочешь. Так в чем же проблема? Он же без ума от тебя.
Таня попыталась вернуться к посуде, но первая же задетая ею тарелка с грохотом соскользнула в раковину, потому что руки ее ходили ходуном.
— Он не без ума от меня. У нас был уговор — он живет у меня, а я пользуюсь этим и свечу им перед всеми, как своим парнем.
Полинка запрыгнула на столешницу и, взяв яблоко со стола, смачно откусила кусок.
— По-моему, этот уговор может включать в себя что угодно. Например, секс.
— Полли, я не буду с ним спать! Ты что, не знаешь меня?! Я влюбляюсь во всех, с кем сплю. Если я умудрился запасть на Влада, то псих уж точно полностью расковыряет мое сердечко.
— Или кое-что другое.
— Одно с другим взаимосвязано!
Она сняла перчатки и опустилась на стул.
Полина отложила яблоко и посмотрела на нее ласково.
— Таня Мальцева, ты — самый глупый человечек на планете, если не видишь, как он на тебя таращится.
Верить в это совершенно не хотелось, потому что, если бы она позволила себе… Хоть на секунду позволила поверить в то, что она интересна психу, то это сорвало бы все ее предохранители.
А она так устала делать попытки, которые проваливаются.
Стоило только Тане успокоить нервную дрожь в пальцах и встать на ноги, чтобы вернуться, наконец, к посуде, как псих появился в проходе.
Так сказать, не нашел более подходящего момента.
У Тани закружилась голова.
Он стоял там — такой чертовски красивый со своим огромным шикарным телом, с колючей щетиной, с губами, которые умеют делать из Тани желейную массу. Стоял и смотрел на Таню, а она как будто к полу прилипла, потому что воздух вдруг вмиг стал электрическим. В горле пересохло. Она была уверена — еще секунда, и она просто взорвется или бросится на психа и завалит его прямо на пол, наплевав на все.
Еще секунда.
— Я вам не помешал?
Псих шагнул на нее, остановился у стола, взял из тарелки такое же яблоко, как у Полли, и начал подкидывать его в воздухе. Если бы Джек был здесь, он бы сошел с ума, но вместо Джека сейчас с ума сходила Таня.
— Не помешал.
— Твой отец сказал, что баня готова. Мы можем идти.
Таня подавилась слюной и какое-то время была не в состоянии сказать ни слова. А когда, прокашлявшись, пришла в себя, псих стоял к ней еще ближе — буквально в паре сантиметров, и его вообще не волновала мыльная вода, жирные пятна на посуде, Таня, которая таращилась на него, как идиотка.
— М…мы? С тобой?
Псих пожал плечами.
— Вероятно. Мы же не хотим вызвать подозрения? Отшлепаю тебя веником, как следует. Тебе понравится.
??????????????????????????
Он вгрызся в яблоко и ушел.
Таня посмотрела на Полинку, которая сидела с открытым ртом и глазами, которые сейчас заняли половину ее лица.
Интересно, она выглядела точно так же? Скорее всего да.
Таня судорожно соображала, как бы ей отмазаться от предложения сходить в баню с психом. Потому что, ну очевидно, это был какой-то прикол от судьбы. Пранк. Программа «Розыгрыш» в ее лучшие годы.
Она была настроена решительно, выходила из дома уверенная в себе, даже почти поверила в то, что ее отговорки про «кажется, я заболела» и «я уже мылась сегодня» сработают, но через десять минут стояла перед дверью в парилку почти полностью голая, не считая лифчика и трусиков, и в полном ужасе от происходящего.
Псих оглядел ее с головы до ног, снял трусы, аккуратно сложил их вместе с остальными вещами на лавочку. Ну конечно же. Конечно же, кто ходит в баню в белье? Только не псих!
— Ты так боишься жары? — спросил он.
Очевидно, он услышал скрип Таниных зубов или увидел, как ужас вытекает у нее через глаза. Одно из двух.
— Нет.
— А меня?
Таня бросила на него взгляд.
«Не смотри вниз», — вот такое вот у нее было правило, когда псих стоял рядом совершенно голый. Как по хлипкому мостику шагать.
Только. Не смотреть. Вниз.
— Нет… Да.
Псих вздохнул, закатил глаза. А потом вдруг решил, что сейчас самое время говорить откровенно и честно. Вот прямо сейчас, когда Таня в шаге от потери сознания.
