Первые несколько дней в Бангкоке было настоящим мучением делать что-либо за исключением коротких вылазок. Влажность, которая каждый день составляла не менее девяноста процентов, казалась невыносимой. Дышалось тяжело, так как застоявшийся воздух был насыщен влагой. Весь день температура держалась на девяноста градусах, и полчища безжалостных москитов собирались в любой не защищенной сеткой комнате. Я совершенно не представляла, как мы сможем проехать на велосипедах Юго-Восточную Азию в такую жару и при такой влажности, если даже в состоянии покоя наши силы истощались. Мне казалось, мы отсыреем до смерти, если двинемся на юг.
Каждое утро на имя Салли поступала издававшаяся на английском газета «Бангкок пост», которую оставляли у входа. После трехдневного общения с газетой стало очевидно, что, если не климат нас доконает, то, вероятно, прикончат бандиты на юге Таиланда. Ежедневно в одной, а то и двух статьях сообщалось о нападениях бандитских группировок, вооруженных ручными пулеметами, а иногда и гранатометами, на туристические автобусы, колонны грузовиков, машины, мотоциклы, о грабежах водителей и пассажиров.
Когда я спросила Убон, экономку Салли, ее мнение о нашей поездке на юг Таиланда, она затрясла головой и замахала руками у меня перед лицом, выражая свое неодобрение.
— Нет, нет. Юг — ошен плохо. Много разбойник. Велосипед нет. Много разбойник, — заявила она.
С учетом всего этого мы с Ларри решили совершить визит в американское посольство и прояснить для себя ситуацию с бандитами.
В конце ноября кто-то бросил гранату на территорию посольства, так что служба безопасности действовала весьма строго. После того как на входе нас проверили тайские охранники и американские пехотинцы, чиновник провел нас в консульство. Ларри объяснил секретарше-таянке, что мы хотим отметиться в посольстве и побеседовать с кем-нибудь относительно велопробега по Малайзии.
— Вы намерены проехать на велосипеде по Южному Таиланду? — воскликнула она. — Но там небезопасно путешествовать даже на машине. То есть я хочу сказать, очень опасно. Еще хуже — на велосипеде. Подождите здесь. Я позову кого-нибудь обсудить с вами этот вопрос прямо сейчас.
Несколько минут спустя Марша, юная служащая посольства, провела нас в свой офис.
— Я так понимаю, вы собираетесь пересечь Малайзию, — сказала она.
Мы с Ларри кивнули.
— Если вы читали последние газеты, — нахмурилась она, — то вам должно быть известно о ежедневно происходящих на юге Таиланда налетах и о тайских пиратах, которые грабят там рыболовецкие траулеры. Но и это не все. На юге полно убийц и насильников. Находиться там очень опасно. Тайские бандиты — безжалостные, больные люди. Посмотрите на пиратов, захватывающих суда с вьетнамскими эмигрантами. Они отнимают у них все, снимая даже золотые пломбы, насилуют женщин и девушек. У нас есть отчет некоторых иностранных рабочих, занимающихся на дальнем юге перехватом людей на лодках, — одна из историй была даже опубликована в местной печати: одна из группировок тайских пиратов захватила лодку с беженцами, мужчины там были избиты до смерти, а женщин и девушек загнали на пустынный островок в джунглях, где травили и насиловали. Нет, я не советую вам путешествовать по югу на велосипедах, — закончила она многозначительно.
Мы с Ларри нервно посмотрели друг на друга, потом я обратилась к Марше с вопросом: возможно, бандиты не будут терять время на грабеж пары велосипедистов-оборванцев?
— Слушайте, они задерживают любого, — ответила она. — Лично я не хотела бы оказаться на месте женщины, разъезжающей там на велосипеде.
Сказав это, она посмотрела столь выразительно, что у меня внутри все перевернулось.
— Послушайте, я понимаю: раз вы уже столько проехали, то маловероятно, что откажетесь ехать дальше в Малайзию, что бы я вам ни говорила. Поэтому я готова дать вам три важных совета и надеюсь, вы будете им неукоснительно следовать. Совет номер один: придерживайтесь основных дорог; никогда и нигде не пользуйтесь заброшенными дорогами. Номер два: что бы ни случилось, ни при каких обстоятельствах не разбивайте лагерь. Всегда останавливайтесь в отелях. И номер три: когда окажетесь в Малайзии, пришлите мне открытку с сообщением, что вы добрались благополучно. Сегодня двадцать первое декабря. Если, скажем, до конца января мне ничего о вас не станет известно, тогда я обращусь к тайским властям и, совершенно честно, — к вашим ближайшим родственникам.
Итак, ко всему прочему, в этой поездке нам предстояло погибнуть, как я и предполагала с самого начала. Мы поблагодарили Маршу за советы, и после ухода из посольства весь остаток дня передо мной рисовалось ужасное зрелище моего собственного тела, распростертого поперек азиатского хайвэя где-нибудь на юге Таиланда.
