Изменник нашелся. Это был молодой патриций, который уже раскаивался, что примкнул к Веттию: он видел, что о победе думать нечего, а умирать за чуждое ему дело не хотелось.«За рабов и плебс не нам, патрициям, бороться, — рассуждал он, — охлократия — красивое слово, но испытывать на себе господство варваров и дикарей — унижение для римлянина. Нет, лучше сдамся на милость братьев по крови, а если приведу с собой раскаявшихся всадников, то доверие сената и доступ к магистратуре обеспечены».И когда, спустя два дня, наступила его очередь нести караульную службу, он приказал открыть ночью ворота.Мульвий и Тициний, находившиеся в карауле, первые увидели измену и громкими криками подняли войско.Тит Веттий выскочил из дома — и растерялся. В городе шел кровопролитный бой. На улицах метались люди.Веттий наскоро построил войско, пытаясь дружным натиском отбросить противника, но это не удалось. Ле-гионарии уже заняли главные улицы и окружали рабов и плебеев.
— Братья! —с отчаянием крикнул Тит Веттий. — Если смерть, то с оружием в руках и со славою!
