— Привет тебе, римлянин! Вождь кимбров, хранимый Одпном и Тиром, приказал тебе сказать: «Так говорит Бойорикс: зачем нам враждовать? Бедные кимбры и тев-тоны блуждают много лет в поисках земель. Дай нам и нашим братьям плодородные земли, и мир будет заключен навеки».
— А кто такие ваши братья? — презрительно усмехнулся Марий.
— Тевтоны.
Легаты, окружавшие консула, засмеялись.— Оставьте ваших братьев в покое: они уже получили
землю в вечное владение…Отец Бойорикса вспыхнул:— Зачем издеваешься над стариком? Кимбры и тевтоны не привыкли слушать таких речей!
— Тевтоны? — вскричал Марий.— Они здесь. Вам неприлично было бы уйти, не повидавшись с братьями…
И, повернувшись к легату, сделал ему знак рукою.Привели закованных в цепи пленников. Впереди шел огромный Тевтобад. Со времени поражения он похудел, но глаза были те же — смелые, гордые. Он свысока взглянул на римлян, но, увидев отца Бойорикса, побледнел и как-то растерянно смотрел на него. Тот в свою очередь узнал Тевтобада.— Ты?! — вскричал старик в горестном изумлении.—
Разве наши братья…И, не договорив, бросился к Тевтобаду, схватил его за руки. Тоскливо зазвенели цепи, и их звук сказал все. Старик схватился за голову, застонал. Кимбрские послы огласили палатку угрожающими криками.Марий встал.— Такая же участь ждет и вас,— грубо сказал он
с презрительным смехом. Идите.Вечером Серторий доложил, что Бойорикс подъехал к римскому лагерю и желает говорить с Марием.Консул издали увидел предводителя кимбров. Сидя на низеньком выносливом коне, покрытом золотым чепраком, в красном плаще и желтых кожаных штанах, Бойорикс насмешливо смотрел на подходивших римлян. Конь его мотал головой, серебряная уздечка и медные колокольцы позвякивали.— Ты Марий? — спросил он подошедшего консула.— Назначь место, где должна решиться судьба Италии.
— Римляне не привыкли вести таких переговоров,— усмехнулся консул, — но если это у вас в обычае — быть по-твоему. — И, подумав, сказал: — Хочешь, через два дня на Радвийской равнине, близ Верцелл?
— Хорошо.
