– Я видел, как он вернулся, и расспросил о нем портье. Он живет в отеле уже месяц, однако ночует здесь очень редко, да и объявляется не чаще раза или двух в неделю, всегда во второй половине дня. К нему приходит некая дама, очень элегантная, скрывающая лицо под густой вуалью, и они вместе пьют чай. Дама, которая иногда вынуждена ожидать Мардинга в холле, сегодня появилась до его возвращения и ушла, когда началась суматоха. Возможно, этого англичанина тоже следовало бы допросить.
– Рубо, вперед. Пригласи к нам англичанина Мардинга.
Рубо стремительно вылетел в коридор и вскоре привел господина, который явно не носил имя Генри Мардинг и уж точно не был англичанином.
Молеон, немедленно его узнавший, вскрикнул от удивления:
– Как! Это вы, Феликс Деваль, друг Гюстава Жерома! Торговец недвижимостью в Сен-Клу! Зачем вы выдаете себя за англичанина?
Феликс Деваль, друг Гюстава Жерома, торговец недвижимостью в Сен-Клу, вид имел весьма сконфуженный. Он попытался пошутить, но смех его прозвучал неестественно.
– Все верно. Но почему бы и нет? Удобно, знаете ли, иметь пристанище в Париже, когда часто бываешь в здешних театрах.
– Но почему под чужим именем?
– Просто фантазия… Впрочем, это никого не касается.
– А дама, которую вы принимаете?..
– Моя приятельница.
– Приятельница, скрывающая лицо под вуалью?.. Она, видимо, замужем?
– Нет-нет… но у нее есть на то свои причины…
Недоразумение нелепое, даже комичное. Однако почему Деваль так смущен? Откуда эта неуверенность?
Бросив взгляд на план, Молеон после недолгой паузы произнес:
– Комната Феликса Деваля тоже находится на третьем этаже, рядом с зимним садом, где ударили ножом англичанина Бемиша.
Готье посмотрел на Молеона: столь странное совпадение нельзя было не заметить. Неужели Феликс Деваль является четвертым сообщником? А посещавшая его женщина под вуалью – не та ли самая дама из кинотеатра «Сине-Бальтазар», которая убила Элизу Масон?
Полицейские повернулись к Виктору. Пожав плечами, тот усмехнулся:
– Вы слишком далеко заходите. Я же вам сказал, что мое открытие имеет второстепенное значение. Нечто вроде легкой закуски. Однако разобраться все же стоит.
Господин Готье попросил Феликса Деваля никуда не уезжать: он еще может понадобиться полиции.
– Отлично, – заключил Виктор. – И, шеф, я хотел бы, чтобы в один из ближайших дней вы меня приняли.
– Есть что-то новенькое?
– Мне надо вам кое-что объяснить.
Виктор уклонился от чести сопровождать комиссара Молеона, отправлявшегося обходить отель, но счел благоразумным предупредить княгиню Васильеву.
Арест англичанина Бемиша сулил ей крупные неприятности.
Виктор проскользнул в комнату с телефонной кабиной, которая не прослушивалась, и попросил барышню соединить его с номером триста сорок пять.
Номер триста сорок пять не отвечал.
– Попробуйте еще раз, мадемуазель.
И снова нет ответа.
Виктор отправился к портье.
– Дама из номера триста сорок пять ушла?
– Княгиня Васильева? Она уехала… примерно час назад.
Для Виктора это был удар, причем крайне неприятный.
– Уехала?.. Вот так, внезапно?
– О нет! Весь багаж отправили еще вчера, а счет оплачен сегодня утром. При ней оставался один только чемодан.
Дальше расспрашивать Виктор не стал. В конце концов, нет ничего удивительного в том, что Александра Васильева уехала и никто не препятствовал ее отъезду. Да и кто сказал, что она обязана ждать его разрешения?
И все же он разозлился. Люпен словно растворился в воздухе… Александра исчезла… Где и как их теперь искать?
«За одну ночь я обязан все исправить», – решил Виктор.
Когда на следующий вечер к нему пришел Лармон, лицо Виктора выражало неудовольствие, а на губах играла презрительная усмешка. Однако он был спокоен и уверен в себе.
– Продолжаем игру, – твердо произнес он. – Мое сооружение по-прежнему прочно, пострадал только фасад.
– Хочешь, я скажу тебе, что думаю об этом деле?
– А я и так знаю… Оно тебе уже обрыдло.
– Да, ты прав! Слишком много сложностей… и уловок, которые не пристали честным полицейским… Иногда даже кажется, будто находишься по другую сторону баррикад.
– Когда идешь к цели, дороги не выбираешь.
– Может, ты и прав, но я…
– Экий же ты чистоплюй. Что ж, тогда давай расстанемся…
– Согласен, старина! – воскликнул Лармон решительным тоном. – Раз ты мне сам предлагаешь, я согласен. Но так как я тебе весьма и весьма признателен, то рвать с тобой окончательно я все же не стану…
– Шутить изволишь? – усмехнулся Виктор. – Впрочем, я не могу сердиться на тебя за твою щепетильность. Итак, я свободен и могу выбрать себе среди сотрудников уголовной полиции другого помощника…
– Кого же?
– Не знаю… Быть может, начальника…
– Неужто самого Готье?
– Возможно… Кто знает? А кстати, что говорят в полиции?
– Лишь то, что ты прочел в газетах. Да, Молеон не схватил Люпена, но в его руках англичанин. Прибавь к нему троих русских – и картина получится вполне внушительная.
– Англичанин заговорил?
– Не больше, чем русские. Кажется, все эти люди надеются, что Люпен их спасет.
– А что Феликс Деваль, приятель Гюстава Жерома?
