Миллион миров полностью

Самым интересным в нём были глаза: аккуратные маленькие шары в больших продолговатых глазницах, уходящих на бока — по три с каждой стороны лица. Живые и внимательные зрачки катались по своим бороздам и постоянно вращались, обеспечивая руководителю широчайший, но крайне беспокойный кругозор. И позволяя варьировать интенсивность взгляда по шкале от одного до шести.

— Глава Иинхал, — обрадовалась мелкарианка. — Так здорово, что вы пожаловали, вам нужно послушать этого человека. Говорят, он очень умён.

— Это не имеет значения, — вежливо возразил этноид, и его грузные руки в пупырах сделали вполне изящный жест, а два из шести глаз скатились к переносице и осуждающе уставились на Фокса. — Умён или глуп, нерелевантно. Пациент, ваш статус: больной, следовательно, ваша задача: лечиться, а не вмешиваться в управление неподчинённым вам объектом. Тем более, объектом такой сложности, как наша… наш госпиталь. Несанкционированное вмешательство вносит разлад в и без того потрясённые головы, хаос в и без того выбитую из колеи структуру.

— Не лезу, — смиренно ответил Одиссей. — Только советую.

— Третья нить, три, два, один, выделяю, — не слушая пререканий, произнёс атомарг, словно они находились в чистой неповреждённой операционной и вели ни разу не прерванную операцию.

Одиссея сотрясло судорогой, а у Иинхала надулся от возмущения зоб.

— Советы? — ещё более вежливо спросил он. — Скорее, фантазии. Которые расходятся с моими строго логичными указаниями и смущают…

— На ките нашли техно-устройство! — воскликнул Ворчун. Впервые в голосе ИИ звучал не скепсис, а паника. — Функция пока не устано…

— Маяк, — проронил детектив.

— Три, два, один, выделяю…

— Что значит «маяк»? — тонко спросил Иинхал, голос которого стал выше и острее. — А почему, например, не «квази-рояль» или «гранулятор»?

— Потому что охотники на Левиафана знали, что он сбежит через искажение, — борясь с тошнотой, выговорил Фокс. — И чтобы отслеживать зверя, выстрелили прицепным маяком в область за загривком, куда он не может дотянуться щупальцами и сорвать.

— Три, два, один…

Жель поёжилась, снова отёрла больному лицо и десятком ложноручек начала делать массаж сведённых судорогой ног.

— Опять далекоидущие фантазии, — с пониманием кивнул Иинхал. — Возможно, свойство вашей расы или часть текущего диагноза, впрочем, не важно. Мы не можем принимать решения, опираясь на…

— Сканеры подтверждают: это устройство дальней связи, — дипломатично сформулировал Ворчун, чтобы не сказать слово, которое нельзя говорить.

— То есть, маяк, — весомо озвучила до того молчавшая Ана.

— В настоящий момент передачи не зафиксировано, вероятно, это импульсная свя…

— Уничтожить, — не дослушав, натянуто улыбнулся глава.

— Не надо, — слабо попросил Фокс.

— Как это «не надо»? — поразился Иинхал и даже приподнял кончик толстого пальца с убийственно-полированным ногтем, массивным, как акулий зуб. — Я же действую в согласии с вашей версией. Если это маяк неких «охотников», который указывает местоположение несчастной зверушки, то мы должны как можно быстрее прервать сигнал. Приказываю: уничтожить.

— Не на…

— Уничтожить, — тихо сказал глава станции таким тоном, что доктор Жель вздрогнула, и по ней пошли круги.

Детектив закрыл глаза: переспорить такую мощь у него не было ни полномочий, ни сил.

— Маяк «деактивирован», — дипломатично сообщил ИИ.

— Охотники уже знают координаты, — отчетливо произнесла Ана в наступившей тишине. — И ваша станция сейчас не способна их покинуть. Так что они прилетят в любом случае. А уничтожив их собственность, вы дали им повод для ответных действий.

— Ещё одна советчица? — вкрадчиво уточнил Иинхал, глаза которого закатались по желобам туда-сюда, сильнее прежнего, словно он был воплощением вселенского косоглазия. — Посторонний мешает сложной и смертельно опасной операции, так ведь, доктор Амму? Убедительно рекомендую убрать её из помеще…

— Гипер! — взвизгнул Ворчун.

Визиокна показали Фоксу, а зрачковые мониторы всем остальным, как в черноте космоса, усеянного обломками станции, возникает радужный отсвет, очертивший большой и хищный корабль. Его размеры конечно уступали станции, но не так уж и сильно, а внешний вид был настолько опасный и боевой, насколько возможно. Угрожающий, защищённый, несущий достаточно орудийных установок и боеприпасов, чтобы целый год вести автономную космическую войну.

— Греанский боевой крейсер класса АА+, — опознал ИИ, и тут же добавил, — Наш всезнайка не угадал: это не охотники, а солдаты… Но точно ли это хорошая новость?

Глава станции уставился на Одиссея Фокса в замешательстве, вычисляя, каков должен быть следующий шаг. Он до последнего не хотел верить, что предсказание лихорадочного пациента окажется правдой. Ведь это была неприятная правда, ну зачем, зачем она сбылась?

— Ещё есть шанс на сохранение станции, — пообещал детектив. — Только не ведите переговоры в одиночку, останьтесь здесь.