Из сумбурной речи стало понятно, что: я снова опозорила и унизила Настю – кстати в глазах «того мужчины» тоже – отказалась от единственных родных людей по собственной глупости и низости, зажралась и не раскаялась и все в таком духе…
Хм.
– А почему тебя это именно сейчас взволновало? – уточнила я тихо-тихо, упираясь лбом в стекло. Нет, у меня не было глупых надежд, что мои близкие вдруг действительно станут близкими, просто сделалось… противно. Потому что я верно догадалась, что за история последует за мамиными истериками.
– Настенька сказала, что ты каким-то образом познакомилась с очень обеспеченным молодым человеком, – деловито пояснила дважды я-же-мать. – И раз уж в твоем окружении нашелся кто-то приличный, думаю, нам стоит простить тебя за все, что ты натворила… Так что приходите к нам на ужин.
Бл…ть.
Я что, правда не замечала все эти годы того, о чем мне толковала Дашка? Что по моей родительнице плачут санитары? Плачут и зовут?
– Прийти к вам на ужин?
– Да.
– Познакомить вас всех с моим замечательным миллионером? – я говорила быстро и с напором – и ожидаемо быстро получала ответы.
– Да!
– Чтоб дать возможность Настеньке потрахаться еще и со вторым моим женихом?
– Д… что… нет…Кристина, что за глупости! – голос мамы сорвался на фальцет. – Я желаю тебе счастья и конечно хочу поближе познакомиться с человеком, с которым ты собралась…
– Ты еще глупостей не слышала, – мне не хотелось больше этого разговора. – И знаешь что? Про счастье как-то мне сложно поверить.
– Кристина…
– Мы не придем.
– Кристина, ты все не так…
– А будешь названивать – еще и на свадьбу не приглашу. Я и так то на грани понимания, что видеть вас больше не желаю.
Я трусливо бросила трубку и на вновь зазвонивший телефон не отреагировала. Мерзко…И больно. Ведь мама… А, не хочу об этом думать!
«Я созрела на свадебный шоппинг» – быстро напечатала Дашке.
«Ты же писала вчера, что ног не чувствуешь?»
«Заодно и почувствую. И посмотрю на них…»
Я была решительна, как никогда.
И спустя три часа мы с подругой встретились в знакомом бутике – там хотя бы сразу отказались от идеи предложить мне упаковку для сосиски или дорохо-бохато-сверху присыпано стразами.
А спустя еще два часа я стала счастливой обладательницей самого красивого на свете платья. Мне даже показалось, что консультанты не хотели с ним расставаться… Но отбиться от нас двоих они не смогли.
"Я не посрамлю тебя на свадьбе" – написала, после раздумий, Максу и отправила фото кусочка кружева, прикрывающего мои ноги.
"Я в этом и не сомневался." – ответил Макс смайликом ос звездочками вместо глаз. "И раз ты в салоне… купи еще вечерний наряд".
"Зачем?"
"В сторону столицы выступила тяжелая техника… В пятницу в доме деда будет прием в честь нашей помолвки"
Я долго смотрела на сообщение, а потом вздохнула:
– Даш… я конечно понимаю, что сопьюсь со всей этой историей… Но ты же не занята сейчас?
Раунд четвертый
– А нам нужна одна победа,
Одна на всех, мы за ценой не постоим…
Знаете такие эпичненькие киношки?
Когда пара героев стоит, держась за руки, а вокруг развалины, развалины, подбитые вертолеты падают. А потом они начинают идти куда-то к своей цели. И волосы и груди героини развеваются на ветру медленно-медленно, и музыка такая… В общем, уровень Аэросмита и погибающего Брюса Уиллиса… И вот они так круто двигаются, как под водой, а у зрителей все замирает внутри, и даже те, кто хотел в туалет, забывает о переполненном мочевом пузыре, потому что вот прямо сейчас будет кармагедон, кульминация и пипец всем злобняшечкам.
Так вот, примерно это и пронеслось у меня в голове, когда мы с Максом вышли перед роскошным фамильным особняком.
Но потом, рассмотрев все внимательно, я оробела. И заправила развевающиеся сиськи и волосы.
Дом не был вычурным. Напротив – стильным, огромным, с большим количеством стекла и дерева. Идеальным…Таким, которого не должно было быть в моей жизни простой девчонки без Сорбонны, перспектив и золотой ложки во рту.
– Выгодно быть главой строительной компании, – пробормотала почти про себя, защищая свою психику. – Все материалы можно взять из остатков.
Но миллионер услышал.
– Только деду не скажи! – расхохотался и осторожненько так привлек меня к своемц боку. Прижал. И, кажется, даже понюхал мои волосы.
За последние несколько дней это стало единственным проявлением нежности.
Нет, он не избегал, но… Был крайне озабочен и озадачен всем тем, что происходило в компании. Уходил, когда я спала, и приходил очень поздно. С благодарностью съедал все то, что я наготавливала, изображая примерную женщину-хозяйку… Хотя буду честной, мне было приятно для него готовить. И ложился спать. И мне даже не моглось обижаться на такую отстраненность – настолько усталым он выглядел.
