Потом Александр Александрович еще выпил со мной по рюмочке за величие России, расспросил о немцах в Эфиопии и сказал, чтобы я с Машей был на официальном приеме в Зимнем в четверг, в час пополудни. Сказал, что мундир остается дипломатическим, но мне пошьют новый, так как там у действительного статского советника другое золотое шитье. Полный комплект нового обмундирования мне доставят в «Англетер», а старое заберут.
Царь убрал фляжечку и рюмки, вызвал дежурного генерала свиты и продиктовал, что нужно сделать. На этом аудиенция закончилась.
Я ушел, думая, что хорошо получилось так объяснить послезнание, мол, сны это и всё, хочешь – верь, хочешь – нет, да и государь уже изрядно набрался, а спьяну в любые сказки поверишь, а то и вовсе забудет наутро, о чем говорили.
Вернулся к Обручеву, уточнил про судьбу моих людей: кому дать пенсион по случаю выхода в отставку или вспомоществование семье при потере кормильца (помню, что было такое в телеграммах, когда на службу негусу поступали), чтобы не забыли казакам компенсацию за оставленных лошадей и оружие. Сказал, что отчитался лично государю за полученные суммы и подарки. Сообщил генералу, что моя жена подготовила словарь-разговорник для следующей миссии в Эфиопию.
– Вот это очень хорошо, – обрадовался Обручев, – а то местного языка у нас никто не знает, даже в Академии наук, даром что предок Пушкина из Эфиопии родом. Издадим за счет Главного Штаба, принеси рукопись, а то миссия уже скоро собираться будет.
– Кто же послом поедет и начальником конвоя?
– Послом планируется полковник Артамонов Леонид Константинович, дельный и храбрый офицер[51], а вот начальником конвоя хотел бы видеть кого-то из твоих казачьих офицеров: Нечипоренко или Стрельцова[52].
– Подъесаул Стрельцов собирается поступать в Николаевскую Академию и стать офицером Главного Штаба. Я бы его очень рекомендовал, если поможет моя рекомендация, я ее напишу. А с Нечипоренко поговорите, он храбр и решителен, местную обстановку знает, да и войсковым старшиной[53] явно хочет стать, а там и полковником, только вот он хотел родных повидать… Сотника Бякова не рекомендую – молод и горяч, людей не жалеет – «дров наломает».
Спросил генерала, кто мне может подсказать, где снять квартиру в центре с прислугой недели на две-три. Обручев обещал помочь и спросил, чем я собираюсь заняться. Ответил, что дела на моих заводах совсем заброшены, надо самому за всем смотреть. А в Петербурге, кроме приема у государя в четверг, у меня дела в Академии.
– Павел Александрович, а вы знаете, что ваши ручные бомбы прошли повторные испытания и блестяще себя показали, я направил представление на награду и премию, говорят, что и Михайловская Артиллерийская академия вам большую золотую медаль хочет присудить. Они провели дополнительные испытания с Морским министерством и их Военно-технической лабораторией по снаряжению крупнокалиберных снарядов вашим ТНТ и получили превосходные результаты.
Потом вернулся в гостиницу, спросил у портье почту, меня ждали два конверта – от доктора Гельмута Шмидта и от управляющего моими заводами.
Юрист сообщал, что все документы готовы, и лишь интересовался в силе ли наши договоренности подать иск в Афинах, какая сумма иска и его гонорар.
Написал, что царь лично собирался написать королеве Ольге в Афины, иск к Захарову на 40 % акций новой компании «Виккерс – Максим» и 50 тысяч фунтов неустойки за потерю выгоды и веры в человечество. Если Захаров не явится, то подаем иск к Виккерсу – пусть потом взыщут с месье Базиля. Альберт Виккерс ведь написал, что Захаров его прямой подчиненный, вот пусть за него и отдувается. Если у Захарова нет денег, чтобы удовлетворить полностью сумму иска, то пусть Виккерсы доплачивают до полной суммы претензий. При полном удовлетворении суммы претензий гонорар Шмидта составит 10 тысяч фунтов, при проигрыше дела – тысяча плюс возмещение расходов на ведение дела.
Управляющий информировал, что все хорошо, Военное и Морское министерства заказали большое количество ТНТ, на лекарственные препараты приходят иностранные заявки, но пока удается с небольшой задержкой, но удовлетворять спрос. Новые цеха заложили и строят ускоренными темпами, чтобы перекрыть крышей до зимы. От Черновых стали приходить хорошие роялти за нержавеющую сталь, только за последний квартал – более ста тысяч рублей.
