– У тебя нет ни единого следа. Вообще ни одного. Мои помощники осмотрели пролёт на несколько метров дальше, но ничего, кроме дорожки, оставленной одними и теми же босыми ногами, там нет. По хорошему, в лучшем случае, я прямо завтра должен прочесать там всё, сдать бедолагу в больницу и забыть об этом.
– Твоё право, – обиженно сказал Миллстоун и отвернулся к окну, – но попомни моё слово – если завтра в этом же районе ты наткнёшься на другие следы каких-нибудь любителей прикарманить находки бюро, я не буду тебе помогать.
– Куда ты денешься? – добродушно улыбнулся Джек, – как только услышишь о каких-нибудь злыднях в масках, сам прибежишь и будешь проситься.
– Сволочь ты, Ричардс, – с наигранной злобой бросил Миллстоун.
– Иногда приходится.
– Ну а если серьёзно, Джек, ты же понимаешь, что всё это не просто так?
– У тебя всё не просто так, Миллстоун. А я вижу, что здесь есть помешанный, который просто лучше ориентируется в местных тоннелях, чем люди из бюро, только и всего. Он ворует у них еду, а они даже не замечают, как он проходит. Сейчас прочешут все тоннели и найдут лазейку.
– Ладно, я вижу, тебя не переубедить, – сказал Миллстоун.
– Ты понимаешь, что здесь глушь, и даже от диких территорий добираться слишком далеко?
– Я сталкивался с неизвестными, которые и не в такие дали ходили.
– Я помню, но здесь им просто неоткуда взяться. Да и о буре этом никто не знал, пока мы не появились. Наверное, и этот дикарь пришёл примерно тогда же.
– Откуда такая уверенность? – поинтересовался Джон.
– Потому что эта шахта была запечатана, когда её нашли разведчики бюро. В ней не было ни единого свежего следа. И около неё тоже ничего не было.
– Ты невнимательно слушал то, что я тебе рассказывал сегодня. Когда они нашли этот бур, он уже был почищен. И сделал это его поклонник.
– Хорошо. Значит, есть ещё один ход, который скоро будет найден, и на этом дело завершится. Ты ведь сам говорил, что ничего украдено не было. Если его используют какие-то бандиты, то люди из бюро нашли бы голый остов.
С этим аргументом Джон поспорить не мог. Он просто достал сигарету и закурил.
– Мне нравится, что ты пытаешься докопаться до истины, но не надо делать это по инерции, когда всё уже и так понятно, Джонни.
– Кому-то, может быть, и понятно, – недовольно ответил Миллстоун.
– Давай так, если ты окажешься прав, я дам тебе самые высокие полномочия и направлю к Гриффину. Уж тогда ты разгуляешься и всех повяжешь.
– Как смешно.
– Я серьёзно. Ну так что, по рукам?
– Готовь документы на полномочия, – злорадно улыбнулся Джон.
– За мной не заржавеет. Но самое главное, что у меня ещё есть для тебя хорошие новости.
– А ты подольше с ними подождать не мог?
– Они не потеряли актуальности.
– Ну так давай уже, рассказывай, – с нетерпением сказал Миллстоун.
– Я разговаривал с военными в Хейтоне, и кажется они видели того, кого ты разыскиваешь.
– Серьёзно? – воодушевился Джон.
– Да. Так что отдохни от местных научных миссий, взрывных образцов, буров и прочих артефактов прошлого. Возвращайся к своим поискам.
– Направлюсь туда завтра же.
– Нет. Проведи выходные спокойно. Это приказ. Если мне скажут, что ты явился туда раньше понедельника, вообще больше никакой информации не получишь.
– Ладно, – нехотя ответил Миллстоун.
– Отдыхай, Джонни, ты это заслужил.
– Ну-ну. Вообще, зачем я с тобой контактирую? У меня до этого были дела, может и не такие интересные, зато только мои. Я никому ничего не передавал, всё завершал сам и был счастлив.
– Ты и сам знаешь, какие тут дела. Радуйся, что не расследуешь кражи угля и заурядные убийства. Но тебе даже того, что ты тут встречаешь, мало, Миллстоун. Уж я тебя знаю. Ты не можешь по-простому – тебе нужно, чтобы всё было сложно, запутанно и хитро. А такие дела есть только у меня.
– Значит, всё ещё есть? Может, подкинешь парочку, и удалишься насовсем, пока я полностью их не раскрою?
– Я подумаю. Посмотрим, куда тебя заведут твои поиски, а дальше будет видно.
– Только аналитика моего больше не стращай.
– Зависит от того, что она в очередной раз будет клянчить для тебя. Не бойся, до меня дойдёт такая информация.
– Не сомневаюсь, – холодно произнёс Миллстоун и отвернулся к окну.
– Как будто ты первый раз с ним работаешь, – улыбнулась Шейла.
– Мне просто кажется, что ваша весёлая компания сделает всё, что угодно, лишь бы помешать мне подобраться к Пеллину, да и вообще разрешить это дело. Ничем, кроме пустых отвлечений я, по сути, не занимаюсь.
– Сто лет не видела, как ты злишься.
Она очень приятно улыбнулась, пододвинулась ближе к нему и взяла его руку. Джон достал сигарету, вопросительно посмотрел на собеседницу, и после её лёгкого кивка немного нервно закурил.
– Новой информации нет? – спросил он после недолгого молчания.
– Ты забываешь главное правило – о работе утром.
Шейла улыбнулась, закурила сигарету из пачки Миллстоуна и откинулась на спинку дивана. Они по обыкновению пока ещё сидели отдельно от всех. На этот раз Джон понял, что соскучился, да и Шейла, судя по всему, тоже. Хотя, он знал, что это чувство обманчиво.
– Значит, новости всё-таки есть.
