– Я был бы рад, если бы точно знал, что это сделано не в рамках слежки за мной, – ответил Джон, доставая сигареты.
– Когда вы работали вместе, я была спокойна за тебя.
– Тогда мне казалось, что тебе было всё равно. Какие интересные подробности вскрываются, стоит оказаться подальше от центра событий.
– Просто ты, дорогой мой Джонни, не на те вещи обращал внимание.
– Да? – протянул Миллстоун, наливая вина.
Первая бутылка быстро подошла к концу, и ей на смену быстро пришла вторая. Сегодня у Джона было желание просто сидеть и разговаривать, тем более, что разговор определённо ладился. Видимо то, что старый напарник теперь будет работать вместе с ним, немного успокоило Шейлу, но, признаться, Джон впервые видел за ней такое беспокойство. Ему начинало казаться, что либо Ричардс раскрыл перед ней какие-то тайны Пеллина, либо она узнала их каким-то другим способом. Он пытался как-нибудь подтолкнуть её к этой теме, но девушка старательно избегала таких разговоров.
В тот вечер они больше сидели вдвоём, лишь изредка выходя танцевать. Остальным было весело и без них – за их столом было необычайно много людей, видимо, какие-то из знакомых Сперри. Поэтому Джон и Шейла так и не присоединились к ним. Лишь один раз за вечер к ним за стол подсел Майлз, чтобы поинтересоваться, что за человек сидел с ними.
– Это Дуглас, – ответил Миллстоун, выпуская облако сигаретного дыма, – мой напарник по Флаенгтону. Теперь он будет с нами работать.
– Интересно, – сказал Майк, – что-то случилось?
– Нет, – ответил Джон, бросив короткий взгляд на Шейлу.
– А я уж думал, что нас ждёт новое задание.
– Мы ещё со старыми не разобрались, – улыбнулся детектив, – но теперь работы ускорятся.
– Надеюсь. Вы к нам не пойдёте сегодня?
– Слушай, мы тут заболтались о своём, да и вам, я смотрю, без нас не скучно.
– Нет проблем, – сказал Майлз, улыбаясь, – тогда не буду вам мешать.
– Если что-то понадобится, мы здесь.
– Не вопрос.
Майк встал и направился к столику, где его уже манила рукой симпатичная девушка из числа их новых знакомых.
– Раньше я бы не поверила, что мне удастся так долго удерживать на себе внимание гуляки Джонни, – улыбнулась Шейла.
– Как будто бы тебе это не удавалось.
– С трудом.
– Может, потому, что ты сама на меня почти не обращала то самое внимание?
– Может быть.
– А может быть, ты просто была избалована вниманием других? – улыбнулся Джон, – я даже склонен думать, что здесь в твоём кругу слишком мало мужчин твоего уровня, и поэтому тебе скучно.
– Есть вещи, о которых лучше не говорить.
– Прости. Привык к тому, что со своим аналитиком нужно быть полностью откровенным, поскольку именно от этого зависит, насколько верно будет оценена та или иная ситуация.
– Зараза ты, Миллстоун. А может, это появление Эгила на тебя так подействовало?
– Может быть, – развёл руками Джон.
– Ведь он бы рассказал тебе, если бы Ричардс дал ему особые указания.
– Да, – злорадно улыбнулся Миллстоун.
– Меня это всегда удивляло.
– Он человек другой закалки. У него нет тяги к разным интрижкам. Он всегда действует прямо. Возможно, поэтому всегда в полях, и так, наверное, в них и останется.
– Ты тоже всегда в полях, но интрижки крутить умеешь.
– Разве? Не замечал такого за собой.
– А как же Эбби? Кто крутил с ней роман в надежде узнать, чем живёт старик Джонсон?
– Ну, это не интрижка, – улыбнулся Миллстоун, – она мне просто нравилась. А то, что она была секретаршей деда, это уже так, не больше, чем приятное дополнение.
– Ну-ну, – ехидно прищурившись, Шейла посмотрела в глаза Джона.
– Честное слово. Не думаешь ли ты, что я и за тобой бегал только для того, чтобы подобраться ближе к твоему отцу?
– Всё может быть.
– Да. Впору создавать отдел обольщения со мной во главе и решать подобные задачи.
– Миллстоун, – Шейла недовольно покачала головой.
– Ну, это я так, утрированно. А что до Джонсона, то старик всегда был чист, тут даже к секретарше можно было не подкатывать. Это и так видно.
– Но в его делах ты был просвещён. Учитывая, что вы, бывало, закрывались в его кабинете, пока его не было.
– А ты, выходит, следила за мной.
– Может быть.
Шейла положила свои ноги на колени Миллстоуна и игриво прикусила губу. Тем временем уже подходила третья бутылка вина, и разговоры становились всё более откровенными. Для Джона не было секретом, что под оболочкой из безразличия и стервозности Шейлы скрывается очень тонкая и добрая натура. Правда, в прошлом было слишком много таких моментов, когда это не казалось таковым. Возможно, эта мера была вынужденной в нынешнем нестабильном и жестоком мире, и тем приятнее было сейчас понимать, как всё обстоит на самом деле.
– Мне удалось кое-что узнать о Пеллине, – тихо сказала Шейла, когда они лежали в кровати.
– Я подозревал, – улыбнулся Джон, – иначе, откуда взяться такому беспокойству.
– Это и вправду жуткое место.
– Рассказывай.
– Только при одном условии.
– Я бы предложил просить всё, что захочешь, но побаиваюсь, – съехидничал Джон.
– Я тоже тебя кое о чём спрошу взамен.
– О чём же?
– Это я скажу потом.
– Мне не на шутку страшно.
– Это твой единственный шанс узнать что-то здесь и сейчас.
