Он кричал, бился, но кого это останавливало?
Цепи на руках и ногах и так мешали ему двигаться. А орать…
Когда он увидел, куда его несут, вопли стали такими, что сообразили даже измененные. И один из них попросту зажал Дженио рот. Благо ласты очень удобны для этого дела.
Нос, правда, тоже зажал. Так что Дженио дернулся раз, другой – и потерял сознание.
И честно говоря, это было самым лучшим для него вариантом.
С утра колокольчик над дверью магазина качнулся. Пришел сеньор Пенья.
– Доброе утро, тан Риалон.
– Доброе утро, сеньор Пенья.
Некромант оскалился не менее дружелюбно, чем его визави. Он-то прекрасно знал, с кем беседует. И знал, сколько трупов на совести у этого милого и улыбчивого человека, и за сколькими уголовными делами он стоит.
Но не пойман – не повешен.
А его общение с Тони…
Больше всего Эрнесто хотелось треснуть кулаком по столу и сказать: «Запрещаю». Останавливало понимание: Тони этого не простит. Никогда и ни за что.
Она будет любить мужа, будет прислушиваться к другу, но хозяина в своей жизни не потерпит никогда и ни за что. Эрнесто достаточно ее любил, чтобы ни в чем не ограничивать, поэтому пристально посмотрел в глаза сеньору.
– Надеюсь, вы с хорошими новостями?
– Для ританы Лассара – безусловно, – чуть склонил голову старый подонок. – С ней желает увидеться герцог де Медина. У него есть несколько вещей, которые он хотел бы показать специалисту ее профиля.
Эрнесто чуточку напрягся. Но это как раз было оправданно в глазах сеньора Пенья.
Герцог, достаточно молодой, свободный… ну и кто не соблазнится таким знакомством? А возможно, и его продолжением?
Кто упрекнет молодую ритану, сделай она свой выбор… да в любую сторону? Скорее, тут не поймут, если она предпочтет Риалона, все же выскочка, некромант в первом, а возможно, и последнем поколении – и герцог. Родственник короля.
Увы, почетнее быть любовницей второго, нежели женой первого. И снова – увы.
– И когда герцог этого… желает?
Тони спускалась со второго этажа, в чем была. То есть – во вчерашнем мятом платье и с не расчесанными волосами. Сеньор Пенья улыбнулся ей совершенно искренне.
– Ритана! Антония! Доброе утро?
– Доброе утро, сеньор Пенья. Так когда нас приглашают?
– Сегодня, в любое время.
Тони переглянулась с Эрнесто Риалоном и развела руками.
– Ну, если так… мне нужно время переодеться и позавтракать. Герцог потерпит час?
– Не сомневаюсь, Антония, ради ваших… талантов он и больше потерпит.
Тони кивнула.
– Тогда я пошла переодеваться.
– А я пойду, попрошу Риту сварить побольше кофе, – согласился Эрнесто. И отправился на кухню.
Разговаривать со старым негодяем ему совершенно не хотелось.
Тони выглядела, как благовоспитанная молодая ритана из хорошей семьи. Простенькое синее платье, с белым отложным воротничком, длиной до середины икры, туфельки, перчатки, шляпка, сумочка – все одного цвета, волосы заплетены в косу и уложены в узел на затылке, на чуточку подкрашенных губах (ритана не должна напоминать клоуна, это неприлично) милая улыбка.
Украшения?
Два кольца, одно с жемчугом, второе с лазуритом, из тех, что нашлись в магазине. Сережки с лазуритом, в тон платью. И больше ничего. Опять-таки благородная ритана – не выставка драгоценностей, это также дурновкусие. Даже бриллианты принято носить вечером. Это камень, который полностью проявляет себя в свете свечей и ламп, но днем… днем его не носят. Это также неправильно.
Показать свое богатство? Вот уж не то, чем надо гордиться ритане. Она не умирает с голоду, и этого достаточно. А предки ее проявили себя не накоплением капиталов, а службой стране. Это правильно.
Эрнесто осмотрел свою любимую и поцеловал ее в щеку. На удачу. Потом плюнул мысленно на все приличия и поцеловал уже в губы.
– Береги себя, малыш.
– Обещаю.
Тони подмигнула жениху и направилась к двери. Надеялась она только на то, что в мобиле сеньора Пенья достаточно мягкие сиденья. И ее не сильно укачает. До сих пор подташнивало. Увы. Желудок всякую дрянь принимать решительно отказывался. И плевать ему было, что это для дела нужно. Он болел и норовил вывернуться наизнанку.
И как тут мир спасать, когда тошнит?
– Ритана Лассара, скажите, я правильно понимаю, что вы и тан Риалон – вместе?
Интересоваться личной жизнью благородных ритан не вполне прилично. Но сеньор Пенья мог себе это позволить. И с высоты возраста, и с высоты своего положения… ритан по стране много, а вот он такой один.
Тони и не подумала оскорбляться.
– Все правильно, сеньор Пенья. Я и тан Риалон собираемся пожениться. И я буду рада видеть вас с супругой на нашей свадьбе.
Мобиль вильнул по дороге. По счастью, дело было за городом, так что никто не пострадал.
– Ритана Лассара, вы уверены в своем выборе?
Тони небрежно пожала плечами.
– Что не так, сеньор Пенья?
