Лу, между тем, присела рядом с Ги на лежанку и аккуратно прикоснулась к большому синяку. Лидс вздрогнул, но не двинулся и рук ее не стряхнул с себя. Воодушевленная Луиза принялась пальцами изучать ушиб, а заодно и проверять, насколько целы ребра Ги. Поняла сразу, что все в порядке, но без лечения ему не обойтись и, хвала Небесам, она знала, что нужно делать.
— Ушиб, Ваша Светлость и очень сильный. Это болезненно, неприятно и станет мешать Вам при движении. У меня есть мазь, ее я составляла сама, и поверьте, она не единожды была подмогой моему кузену Родди. Позволите? — Ги даже не моргал!
Она застыла, ожидая ответа герцога, а его все не было! Наконец Лидс очнулся и странным, хрипловатым голосом поведал Лу о своем решении.
— Я видел сэра Родерика, он жив и вполне здоров, а значит и у меня есть шанс не стать калекой после Вашего лечения. Графиня, я весь Ваш, — Лу покраснела, а Гуна засопела, уж очень вольными и горячими были и слова герцога и его взгляд.
— Боль отступит сразу, но Вам придется пользоваться мазью не день и не два, а пять. И лучше будет, если станете накладывать ее с утра и на ночь. Я дам Вам пару склянок и этого будет достаточно для лечения. Я прихватила все с собой на тот случай, если бы вдруг Родди понадобилась помощь.
Гуна подала Луизе склянку и чистую тряпицу, та ловко вылила немного эликсира на полотно и втерла мазь. Запах трав, густой и пряный, разлетелся по палатке Лидса и вызвал легкое головокружение, уж очень был приятен, ярок и сложен. В нем много было граней и чувствовался холод мяты, тепло чабреца, горечь полыни, а вместе с этим и что-то еще, неопознанное, но ароматное.
— Сейчас почувствуете легкий холодок, потом тепло и боль уйдет. Прошу, не трогайте руками, а если вдруг дотронетесь, помойте их, прежде чем касаться лица или еды. В состав входит яд, но не сильный. Вы не отравитесь, конечно, но могут быть неприятные ощущения. Я пришла лечить, а не вредить, милорд.
По мере того, как она говорила, взгляд Лидса становился темнее, а щеки Лу ярче. Она перестала понимать, что происходит, но одно знала наверняка — всему виной вот этот сильный, красивый мужчина, что доверил ей лечить себя и прикасаться к телу. Пожалуй, вот эти касания и стали причиной смущения Луизы. А как иначе? Крепкий мускулистый живот, горячая, гладкая кожа и запах Ги, приятный, горьковатый, действовали на Лу не хуже, чем неразбавленное вино из кубка.
— Вы можете одеться, Ваша Светлость, — произнесла, и голоса своего не узнала, потупилась, чтобы не видеть серых, ярких глаз Грозного Ги и не дать ему понять, как велико волнение…
Она старалась не смотреть на то, как он медленно натягивает рубаху, занялась сундучком, сложила ненужную ткань обратно, вытащила склянки с мазью и оставила на козлах.
— Это лекарство. Не забудьте, милорд, два раза в день, — Гуна подхватила сундучок, присела перед герцогом и направилась к выходу, за ней и Лу потянулась, но уйти не успела.
Как только полог палатки опустился за Гуной, Лидс схватил Лу за плечи и повернул к себе лицом. Она не ожидала, испугалась и застыла в панике, а Ги крепко ухватил за разметавшуюся косу, поднял к себе ее лицо и поцеловал.
Она не сразу поняла насколько прекрасно то, что произошло сейчас с ней. Почувствовала сначала горячие губы Ги на своих, те дрогнули, но прижались еще сильнее, заставляя Лу приоткрыть свои. Последней мыслью перед тем, как провалиться в сладкий омут, была о том, что Ги собою плавил металл в кузнях Лидса, потому, как был горяч едва ли не сильнее, что пламя Ада. Еще секунду думала, что надо бы бежать, вырываться из его объятий, ища спасения, но все ушло, остались только он, она и поцелуй, что гнал по жилам кровь скорее, что заставлял все тело трепетать, а мысли уноситься.
Лу, вероятно, сама бы не очнулась никогда, но Ги со странным, глубочайшим вздохом оторвался от нее и произнес глухо и взволнованно.
— Лу, уходи, — и это все…
Одна секунда и Лу пришла в себя, не поклоняясь, не попрощавшись, она метнулась проворно к выходу и столкнулась с сердитой Гуной.
— Поклоны долго клали Лидсу? Леди Луиза, нам поторапливаться нужно! Сейчас нас хватятся, и будет нагоняй от графини Суррей. Идемте, и так уж времени потратили немало, — и потянула Лу за собой, крепко держа за руку. — Леди Луиза, Ваши волосы в беспорядке, давайте помогу.
Гуна наспех пригладила пшеничные локоны, придав им должный вид, возможно удивляясь тому, как послушно Лу стоит и не подскакивает от нетерпения. А Лу… Сказать по чести, ей было все равно! Растрепанные волосы не волновали ее нисколько, а вот хаос чувств наверняка! Должно быть потому и глаза ее блестели ярко, губы пылали, помня поцелуй Грозного Ги, а на щеках цвели розы, и вовсе не смущения, а скорей, восторга и… Удовольствия? Луиза одернула себя, моментально припомнив все, чему учила ее строгая леди Эм.
