Милосердие полностью

— Ладно, я лучше пойду. — Эмма пожала плечами.

— Знаешь… — Джордж замялся. — Смотри в оба. У меня нехорошее предчувствие.

— Насчет чего?

— Надвигается беда.

— Она уже и так пришла. Вон сколько смертей у нас в отделении.

— Да я не об этом. — Джордж с досадой мотнул головой. — У меня ощущение, что тебе грозит опасность.

Когда Эмма села в машину, ее била дрожь. Она включила обогрев на максимум, но ее так и трясло всю обратную дорогу.

На тротуаре возле дома стоял Борис.

— Я понял, что не могу ждать до следующей недели.

Сердце радостно забилось у Эммы в груди.

Карлос провел в пути уже много часов. Он не знал, сколько километров преодолел в тот вечер. Он сидел за рулем, подавшись вперед, отчего плечи и шея уже нещадно ныли. Слезящиеся от напряжения глаза пытливо вглядывались в темноту. Карлос проехал уже достаточно и запросто мог остановиться передохнуть, но где? Впереди были лишь бесконечная мокрая дорога, густой лес и проливной дождь.

Он уехал, повинуясь секундному порыву. Кровь ударила ему в голову, и ничего умнее придумать не получилось. Карлоса переполняли ярость и горечь от пережитого унижения.

Его вызвали в кабинет Майка на экстренное совещание. Там собралась вся компания: сам Майк, заместитель генерального директора, представитель профсоюза и адвокат из юридического отдела. И все они как один набросились на Карлоса.

Сначала его в десятый раз стали расспрашивать о медикаментах для пациента с болями в спине.

— Я оставил их на стойке.

— Нет, ты их ввел. В системе осталась твоя электронная подпись, — заявил Майк.

— Я их не вводил.

— В таком случае откуда взялась запись?

— Не знаю.

Ему не поверили.

Потом его начали пытать насчет пациентки из пятнадцатой палаты.

— Ты согласился на время перерыва подменить Джорджа. В каком состоянии находилась больная?

Ко мне как раз тогда подошла Бренда. Я так и не добрался до пятнадцатой палаты.

— В удовлетворительном, — соврал он.

Потом его спросили про пациентку Тейлор из десятой палаты.

— Да, я брал у нее кровь на анализ.

— Какие препараты ты ей ввел?

— Ничего я ей не вводил. Она вообще была закреплена не за мной.

— Тогда зачем ты взял у нее кровь?

— Хотел помочь Тейлор.

— А теперь расскажи нам о пропофоле, — потребовал Майк.

Что?

— Ты оставил в палате пустую ампулу.

— Я не оставлял в палате никакой ампулы.

— Нет, оставил. Мы всё проверили. Это была ампула из аптечки экстренной интубации, которую ты якобы утилизировал.

Карлос почувствовал, что закипает. Разум помутился от ярости. Майк ведь приходится другом Бену. Вот почему он меня так ненавидит! Вот почему винит во всем меня!

Но Карлос действительно зафиксировал в системе, что утилизировал пропавшую аптечку, в надежде на то, что находившиеся в ней препараты нигде не всплывут. Как же он ошибался! И вот кто-то пустил в дело пропофол. Мне крышка.

— Если не уверен, лучше не торопись с ответом, — посоветовал представитель профсоюза. — А лучше всего, вообще больше ни на один вопрос не отвечай. Тебе нужен адвокат.

— Я тут, — подал голос представитель юридического отдела.

— Вы не его адвокат. Ему нужен личный защитник.

С этим Карлос спорить не стал: зачем усугублять свое положение? Из больницы его вывела охрана. В дверях они столкнулись с Беном, который как раз пришел на работу. Бен улыбнулся так, будто выиграл в лотерею, и Карлосу отчаянно захотелось двинуть ему по морде. Потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы сдержаться.

Ты только погляди, как эта тварь ухмыляется! Аж ногами сучит — так не терпится побежать и всем растрезвонить о моем отстранении. Как будто все отделение неотложки еще не в курсе.

Ослепительная вспышка молнии расколола небо надвое. Секунду спустя раздались оглушительные раскаты грома, которые отвлекли Карлоса от мрачных мыслей, вернув к реальности: к стене дождя, к машине, которую заносило на скользкой дороге. Карлос решил снизить скорость: его ослепил дальний свет фар грузовика.

Зря я уехал.

Фейт с Беном станут над ним глумиться и потешаться. А остальные? Бренда, Майк, доктор Стил? Они решат, что это он во всем виноват. Да что греха таить, его нельзя назвать невинным агнцем: он соврал насчет утилизации аптечки. Но больше его не в чем упрекнуть. Он никого не убивал. Не воровал медикаментов. Делал работу на совесть и пытался помочь людям, спасти человеческие жизни.

И вот теперь он в бегах. Бен наверняка сейчас хохочет, потирая руки. Вместе с Фейт. Новая вспышка ярости оказалась такой сильной, что к горлу подкатила дурнота. Карлос открыл окно, чтобы сплюнуть желчь. В прохладных струях дождя мерещилось нежное прикосновение чьих-то пальцев, которое уняло пульсирующую боль во лбу и жжение в глазах.