Значит, пора натягивать спецкостюм для работы с многочисленными травмами: комбинезон, бахилы, медицинскую шапочку и маску. В палате уже столпилась куча народа в такой же экипировке. Эмма едва могла узнать коллег.
Эмма быстро проверила, всё ли на месте: ларингоскоп с камерой, эндотрахеальная трубка с манжетой на десять кубиков, наполненной воздухом, отсос, баллоны с кислородом, набор для нарушенной проходимости дыхательных путей.
Рев сирен сделался громче; сейчас они напоминали стаю мартовских котов. Эмма отправилась встречать скорую. Заодно пообщается с бригадой, что поможет сэкономить минуту-другую. Вроде бы и немного, но часто именно эти мгновения играют решающую роль.
Ударом кулака она распахнула двухстворчатые двери, ведущие к месту разгрузки скорых. Сирены умолкли, но их отзвуки эхом отдавались в ушах. Навалилась давящая тишина.
Двери кареты скорой помощи открылась. Один из медиков, Рой, левой рукой придерживал дыхательную маску на лице пострадавшего, а правой сжимал синий мешок Амбу, закачивая воздух в легкие. Его напарник Брендон делал непрямой массаж сердца, выталкивая оттуда кровь, чтобы та поступала к жизненно важным органам. Напряженное лицо техника блестело от пота. При виде Эммы он явно испытал облегчение: его часть работы была практически сделана.
— Здравствуйте, доктор Стил. Автокатастрофа. Мужчина, тридцать пять лет. Поставили двадцатый катетер в правую вену. Приняли пациента с тахикардией и гипотензией. Только что перестал прощупываться пульс. Вкололи две дозы адреналина. Восстановление кровообращения не произошло. Последние пять минут ЭМД.
На помощь уже спешила бригада врачей. Они выкатили из скорой носилки; звякнули металлические раскладывающиеся ножки. Пострадавшего доставили в первую палату. Рой и Брендон, как приклеенные, не отходили от него ни на шаг. Эмма смерила лежащего перед ней мужчину пристальным взглядом, пытаясь прикинуть степень и тяжесть полученных повреждений. Сделать это было непросто, поскольку пострадавший был залит кровью.
Бренда сунула руку под шею пострадавшего. На счет «три» его переложили на больничную каталку. Пульмонолог перехватил у Роя дыхательный мешок, издававший при каждом нажатии нелепые пердящие звуки.
— Дыхания нет, пульса нет, — констатировала Эмма. — Разденем его, подключим к датчикам. Продолжаем искусственное дыхание.
Техник скорой достал из кармана специальные ножницы для срезания одежды. Заскорузлое от крови тряпье исчезло в один миг, обнажив мускулистое тело в ссадинах и кровоподтеках.
Эмма наклонилась к голове мужчины и приоткрыла веки.
— Зрачки четыре миллиметра, размер одинаковый, есть реакция на свет. Ранение левой части теменной области, сочится кровь.
Она резко втянула воздух. Открыла рот, чтобы сказать остальным. Потом передумала.
— Доктор Стил!
В дверях палаты стояла Кайла из регистратуры неотложки. Лицо ее было белее снега.
— Приехали полицейские. Они сказали, кого сейчас доставили.
— Ясно. Мне нужна его медкарта и список того, на что у него аллергия.
— Это…
— Я знаю, — попыталась остановить ее Эмма.
— Карлос! — выпалила Кайла.
Присутствующие в палате ахнули и качнулись вперед, чтобы получше рассмотреть пострадавшего.
