Тейт провел носом по моему клитору, задевая зубами половые губы. Он всосал одну в рот, а потом сдвинулся к комочку нервов. Затем Тейт провел кончиком языка по контуру моего лона – медленно, медленно, очень-очень медленно – а потом, наконец, погрузил его. Я ударила ладонями по двери. Сильвия и Грейс снова прервали болтовню. Я слышала обрывки фраз – «доктор Маркетти, какая-то девчонка, счастливая сучка», – но никак не могла сосредоточиться, когда Тейт водил языком внутри меня. Он подцепил пальцем сеточку, оттянул ее назад и отпустил, щелкнув по моей коже.
Я застонала, повторяя его имя. Умоляя о большем.
– Внутри. Ты нужен мне внутри.
– Кончи на мои губы, и, может, я вознагражу тебя.
– Ты просто хочешь все пенни в мире, – я засмеялась, но мой смех быстро сменился еще одним стоном.
Он добавил два пальца, плотно прижимаясь языком. У меня перехватило дыхание. А затем Тейт изогнул пальцы, попав в то место, которое я считала мифом.
Я кончила. Так сильно, что резко зажмурилась, но все равно видела перед глазами Тейта. Невероятно красивого. В его глазах светилось дьявольское довольство. Я сжала его пальцы, втягивая их глубже. Тейт лизал мой клитор мягкими, дразнящими движениями, пока я не поплыла от кайфа.
Я открыла глаза и посмотрела на него сверху вниз, наблюдая, как он отстранился и провел большим пальцем по нижней губе. Он был полностью одет, а я почти голая, и мы были такими разными и такими похожими, что мне стало больно.
Тейт поднялся на ноги. Я затаила дыхание, не уверенная, чего ожидать. Конечно, не того поцелуя, который он запечатлел на моих губах. На них остался мой вкус, слегка сладковатый. Он отодвинулся, но я обхватила ладонью его шею и прижала к себе.
– Шарлотта, – предупредил Тейт. – Ты уже должна мне больше пенни, чем можешь себе позволить.
– Пожалуйста, трахни меня.
– Господи.
Я впилась губами в его рот. Тейт ответил на мой поцелуй и с легкостью поднял меня, усадив на край стола. Я схватила его рубашку, повозилась с пуговицами и дернула за последнюю, оторвав ее и обнажив его крепкий пресс. Он лишил меня способности дышать. Вырвал ее прямо из моей груди и присвоил себе.
– Это так несправедливо, – простонала я.
Он ухмыльнулся. Я восприняла его молчание как приглашение спрыгнуть со стола и встать перед ним на колени. Тейт довольно смотрел, как я вожусь с пуговицами на его брюках, но не предлагал помощи. Я сдалась и сломала и ее тоже, одним махом стянув с него брюки и боксеры.
Его эрекция подпрыгнула, ударившись о живот.
Эм. Вау. Трудно примириться с существованием справедливости, когда Тейт Маркетти родился со штурмовой винтовкой вместо члена. Толстый, твердый и длиннее, чем положено по закону.
– Если продолжишь так пялиться на мой член с открытым ртом, я приму это как приглашение войти.
У меня потекли слюнки.
– Пожалуйста, действуй.
Он встретился со мной взглядом и судорожно сглотнул. Я снова запрыгнула на стол, легла на спину и полюбовалась им с этого ракурса. Тейт провел пальцами по сетке моих колготок, остановившись, чтобы провести по лону, а потом разорвал сетку.
Он обхватил свой член ладонью, спустился от основания к головке и провел по всей длине, пока не добрался до моего клитора. Он обвел членом мой клитор. Я протянула руку и ущипнула себя за сосок. Глаза у Тейта потемнели, и он посмотрел мне в глаза. Похоть, смешанная с потребностью, хлынула между нами.
Головка устроилась прямо перед моим входом. Я рванулась вперед, пытаясь поймать ее. Кончик скользнул в меня. Мои глаза закатились, стон вырвался из горла.
Черт подери.
Мы делали это.
Мы действительно делали это.
Я сразу же почувствовала его отсутствие и резко распахнула глаза. Тейт отступил назад, создавая пространство между нами.
Я оглядела его, начиная с руки, крепко сжимающей член, и заканчивая страдальческим выражением его лица.
– Что не так?
– Я не буду лишать тебя девственности вот так, Чарли.
– Я не из тех девушек, что любят свечи и розы. Это не важно.
– Для меня важно, – он выглядел так, словно не мог поверить в то, что говорил.
Его член выглядел так, словно тоже не мог, настолько напряженный, что дернулся сам по себе. Я хотела, чтобы он был во мне. Нуждалась в этом. Любым возможным способом. А еще знала, что выиграть спор с Тейтом – редкий подвиг.
– Но…
– Я трахну твой рот, Чарли.
Я сжала кулаки, униженная тем, что вообще вела переговоры. Умоляла.
– Моя киска более тугая и доставит больше удовольствия.
Он выгнул бровь, как бы говоря: «Мы действительно об этом говорим?»
– Как и твоя задница.
Мои щеки порозовели. Я не совсем против этой идеи.
– Давай сначала попробуем в рот.
– Я так и думал.
– Ну? Я жду.
Он выругался, почти закатив глаза, и шагнул вперед. Тейт уставился на меня, растянувшуюся на его столе, и не сводил взгляда.
– Ты гребаное видение, Чарли.
Он смотрел на мое лицо, а не на мое тело, и от этого каждая клеточка моего тела расплавилась, как поджаренный зефир. Тейт хотел упростить мне задачу. Я видела это по его глазам. Знала его достаточно хорошо, чтобы это понять. Но я хотела пошлого, решительного и необузданного Тейта. Настоящего Тейта.
