- Почему ты смеешься? Ты же знаешь, что обыкновенные чувства людей тебе недоступны в полной мере. Это для тебя не секрет. Но ты упрямо этого хочешь. Поэтому она здесь, правда? Бездонный колодец самых разнообразных чувств. Смотреть на нее и видеть, что все это испытывает она - наверное, таким образом приблизиться к желаемому.
- Не неси чушь. Только твое присутствие заставляет чувствовать меня сумасшедшим. Почему бы тебе просто не быть нормальным?
Последнее я шиплю с искаженным лицом, ощущая как дергаются мышцы, но оно кажется мне чужим, потому что парень в отражении с насмешкой стоит, поигрывая ножом, и ничего не произносит. Гребаная тень, с которой так и придется жить до самой смерти.
- Нормальным? Это как? Приведи пример, - снисходительно просит отражение. Губы изогнулись в издевательской улыбке. - Дарить цветочки и смотреть кино? Рисовать друг друга? Какая хрень... Тебе нужно другое.
- И что же? - надменно фыркаю я. Только я сам могу знать что мне нужно.
Хотя...
Эта тварь напротив тоже я. Не стоит об этом забывать.
Блядь. Голова кругом.
- Видеть первобытный страх в ее глазах. Постоянно. Чтобы тряслась мелкой дрожью и послушно выполняла все, что ты прикажешь. А лучше бежала куда глаза глядят. По ямам, болотам и оврагам. Ведь догонять, ломать и подчинять намного интереснее, чем удерживать простейшими манипуляциями.
Мне смешно слышать этот бред, но увы, я понимаю, что говорю это все сам. Устало протерев лицо ладонями, я поднимаю глаза в надежде, что тень исчезла. Но нет. Стоит и мерзко ухмыляется, зная, что никуда из моей головы она не денется.
"Происходит какая-то чушь", - болезненно стучит в моей голове. Я раздраженно морщусь, чувствуя ноющую боль в затылке. - "Почему я вообще стою и разговариваю с ним?".
Нужно просто игнорировать, как я это делал всегда. Стоит и стоит. Смотрит. Да хрен бы с ним.
Меня интересует другое.
Разве ее страх действительно так важен, как он говорит? Мне нравилось ощущать его в школе. Миша всегда меня боялась, хотя исподтишка порой разглядывала, когда думала, что я не вижу.
Тогда меня устраивал ее страх, потому что другого она дать не могла. Чуть в обморок не свалилась, как только я спросил про ее совершеннолетие. Я знал, что она меня обманула, сразу понял, но торопиться было некуда. Тогда я уже знал, что однажды она вся с головы до кончиков пальцев будет принадлежать мне. Какая разница когда я ее трахну и стану первым.
Мне даже не было нужды разгонять каких-то ухажеров в институте, потому что перепуганная Миша и так избегала мужского пола по максимуму.
В памяти всплыло лицо билетера в кинотеатре, превращенное в отбивную прямо на ее глазах. Брызги его крови на ее белой хлопковой юбке. Она принарядилась для меня. Даже не смотря на то, что пошла со мной в кино только из страха быть порезанной ножницами. Думаю, именно тогда она четко поняла, что мою просьбу сберечь себя для меня нужно непременно выполнить. Это было так легко прочесть в огромных серых глазах, в которых отражалось мое собственное мрачное лицо. Мне нравился ее страх и безропотное подчинение. Она мгновенно согласилась стать моей.
Но, как я и предполагал, видеть другие эмоции на ее лице тоже совсем не скучно. Например, смущеное выражение, когда я раздеваю ее глазами, представляя ее в самых развратных позах. Или когда глубоко погружаюсь в ее узкую киску, и она не может сдержать собственный стон, пытаясь спрятать пылающее лицо. Зачем пугать ее ножницами и другими острыми предметами, когда другие чувства на ее лице оказались намного интереснее обыкновенного заезженного страха?
- Ну и дурак. Привычная жизнь нарушена какой-то дыркой. Ты даже не замечаешь того, что происходит вокруг тебя.
- О чем ты? - Я опять поднимаю на него взгляд. Он лениво почесывает ножом шею и с иронией произносит:
- Наш братик выглядит так, словно его отшлепали какие-то ребята. Не знаешь кто бы это мог быть? Да, кстати... Это произошло возле университета. Удивительное совпадение, не находишь? Какого хера ты сделал вид, что не заметил?
- Он уже взрослый. Пусть разбирается сам.
Я действительно так считаю. Егор может и сам постоять за себя, если захочет. Просто он моя полная противоположность. Не любит конфликты, избегает их, тогда как я создаю. Но это не значит, что он не может дать сдачи.
- Раскрасить морду хотели тебе, дурачок.
- Знаю, - спокойно отзываюсь я. - Но, честно говоря, мне плевать. Ты должен держать себя в руках. В школе ты зашел слишком далеко.
- Боже, ну ты и тряпка. - На скривившемся лице появляется презрение.
- Отъебись, а? Просто сиди и не высовывайся. Я не хочу лишних расспросов.
Оскал на его лице становится почти радостным. Он широко улыбается в каком-то нездоровом предвкушении и смотрит куда-то мне за спину.
- В любом случае тебе придется объясниться. Она слушает уже достаточно долго, - он тихо и злорадно смеется.
- Что? - Я оборачиваюсь и натыкаюсь на застывшую у стены Мишу.
Испуганные глаза напоминают серебряные плошки. Прямо со своего места мне видно как дрожат ее тонкие пальцы, которыми она сжала свой искривленный рот.