Дело с поездкой начало продвигаться: на работе, хоть и не совсем уверенный, что поеду, я все-таки, поставил себе в графике отпуск на первые две недели октября.
Я убеждал себя в том, что нет смысла отправиться в традиционном для меня направлении – Курск, или Москву, – ведь я уже побывал там этим летом на 35-летии выпуска института, и впечатления были еще свежи. Я настраивался на Канаду.
Правда, мои девчонки хотели, чтобы остающиеся до конца года отпускные дни я провел у них в Берлине. Только оказалось, что одной из них в этот период там вообще не будет, а у другой – работа. То есть, я видел бы из них только одну, и лишь вечерами. Но оставаться в Берлине целыми днями наедине с собой не очень хотелось – ведь я его уже достаточно исходил – в то время как, если поехать в Монреаль – оттуда, можно будет добраться и до Нью-Йорка… Ведь это всего в шести сотнях километров – вроде, как до моего Курска от Москвы, что – так просто. К тому же, в это время в Нью-Йорк приезжает Нина, моя приятельница по взаимному интересу к творчеству Анны Нетребко… Нина следует за всеми выступлениями певицы – где бы то ни было. И на этот раз она приезжала в Нью-Йорк на «Аиду» – с Анной на сцене Метрополитен-Опера.
Когда я написал Нине, что подумываю о поездке, она, чтобы подтолкнуть меня к решению, пообещала раздобыть мне билет на спектакль, при содействии ее приятелей Анны и Юсифа.
«Ко всему прочему, Нина – не новичок в Нью-Йорке, знает его, – и с нею мне будет интереснее, чем одному, знакомиться с городом» – рассуждал я.
В общем, аргументы в пользу проездки к Мише и затем в Нью-Йорк, перевесили – идея захватила меня окончательно.
Оставалась лишь неделя до октября. Надо было решаться. Я начал анализировать варианты авиарейсов. Прикидывал, каким образом буду добираться из Монреаля в Нью-Йорк: автобусом – чтобы заехать на Ниагару, или же прямиком – на самолете? Рассудил, что если поеду через Ниагару, то у меня останется совсем мало времени на Нью-Йорк, – ведь в Канаде, кроме Монреаля, мне предстояла еще и поездка в гости к квебекской подружке моих девчонок Елене, которая с своим парнем собиралась организовать мне небольшой поход в горы.
В общем, вернувшись однажды с работы в более решительном расположении духа, я поставил точку над «і», купив билет на самолет до Монреаля, с обратным вылетом домой из Нью-Йорка.
Теперь надо было всерьез взяться за подготовку к поездке.
Я рассматривал карту Канады, Америки, план Нью-Йорка.
Надо было решить, сколько дней я пробуду в Монреале, и сколько в Нью-Йорке.
Миша, побывавший с семьей в Нью-Йорке год назад, утверждал, что более трех дней там делать нечего. Нью-Йорк ему не понравился. Но я сомневался в объ ективности его суждений. В итоге я решил: пять дней – на Монреаль, и пять – на Нью-Йорк.
Далее, нужно было искать жилье в Нью-Йорке. В Монреаль-то я ехал на все готовое. Меня там ждали, но – не в Нью-Йорке.
«Хотя…»
Я вспомнил о моих юношеских связях с Америкой. Я вспомнил о Лорри, об Эмили, подумал, что если бы я поехал туда в те времена – меня бы и там наверняка ждали…
Надо сказать, что несколько лет назад я нашел их странички Фейсбука.
Тогда, я так и не решился дать им о себе знать, посчитав неуместным сделать это без особого на то повода.
«Однако, сейчас ситуация была иная. Первая поездка в Нью-Йорк, в Америку – это значительное событие, что вполне могло объяснить проснувшуюся память…», – думал я.
Все более проникаясь идеей встречи, я вновь разыскал их странички Фейсбука.
На фотографиях Лорри выглядела вполне той же, какой я её знал: худощавая, с короткой, как и в те годы прической, и даже без морщин.
Как-то, в конце восьмидесятых, я попробовал ей написать – на прежний адрес. И мне пришел ее восторженный ответ, правда – под другой фамилией… У нее были две дочки – того же возраста, что и мои. Она преподавала в школе искусствоведение.
Она писала, что была очень рада моему письму, и тому, что наша переписка возобновилась…
Но вскоре мы уехали во Францию, и в буднях новой жизни, о переписке я забыл.
На ее фотографиях, что открылись мне теперь в Фейсбуке, Лорри пеленала двух младенцев, судя по всему – внуков. Она по-прежнему жила в Ричмонде.
Ричмонд мне представлялся географически находящимся севернее Нью-Йорка, и я подумал, что если из Монреаля в Нью-Йорк я поеду автобусом, то по дороге можно будет сделать короткую остановку в Ричмонде, и узнав об этом, Лорри наверняка предложит мне встречу».
Но до того, как взяться за письмо, я решил, удостовериться в правильности моих представлений о географии Америки. Оказалось, что я ошибался: открыв карту, я увидел, что Ричмонд находился не между Монреалем и Нью-Йорком, а куда дальше за ним. На такой крюк у меня тоже не хватало времени. Вариант отпадал.
Я открыл страничку Эмили. Она была представлена все той же фотографией, что и несколько лет назад – с двумя крохотными собачонками в руках. Создавалось впечатление, что с того времени Фейсбук она не посещала. Правда, ее журнал пополнял недавний мужской комментарий: «Ты по-прежнему так же прекрасна!».
