Я всматривался в её черты, искал сходство с той Эмили, что знал – но не находил.
«Являлось ли причиной тому то, что из брюнетки она «превратилась» в блондинку, или, просто, фотография такая получилась?» – я не мог сказать.
Впрочем, мне было все равно, какая она сейчас внешне – та же, или не та. Главное – что это была она.
Кстати, ее фамилия не изменилась…
«Неужели – одна?» – возникал естественный вопрос.
Атмосфера Конкурса, встречи с Эмили между прослушиваниями, все отчетливее всплывали перед глазами. Я взял с полки брошюру конкурса пианистов, и нашел посвященную ей страничку. Я пересмотрел её конкурсную программу, пролистал странички других пианистов. Казалось, что все это я видел совсем недавно. Тем не менее, с тех пор минуло сорок лет.
Я разыскал в фотоальбоме фотографию Эмили, что она подарила мне перед возвращением домой, перечитал её строки на память.
Порой, начинало казаться, будто то прошлое, когда звонил ей, договаривался о встречах, нежданно вернулось смешиваясь с моим настоящим – и так значительно, что уже совсем не казалось неуместным написать ей.
Я открыл её страничку Фейсбука и принялся за послание, мысленно давно созревшее:
Я указал даты моей поездки, и отправил письмо – сразу же почувствовав душевное облегчение.
Что же касается жилья в Нью-Йорке, то дочки посоветовали мне искать его на сайте «Airbnb».
Но какой выбрать район? Манхэттен – центр Нью-Йорка, или Бруклин – по ту сторону пролива Ист-Ривер?
Побывавшая в Нью-Йорке дочка, уверяла меня в том, что жить на тридцатом этаже небоскреба в шумном Манхэттене мне не понравится.
Я переключился на поиск жилья в Бруклине, но затем понял, что каждый раз тратить время на метро до Манхэттена – а именно там сконцентрировано все самое интересное по Нью-Йорку – не рационально.
Я долго тянул с выбором, словно ждал до последнего, приглашения Лорри, или Эмили.
…Кстати, от Эмили, ответа на мое послание неделю назад так и не пришло. Я решил, что она в самом деле не заходит в Фейсбук, или просто, не находит нужным мне отвечать.
Просматривая в очередной раз предложения жилья, я нашел интересный вариант на островке Roosevelt Islande – что в проливе Ист-Ривер между Манхэттеном и Бруклином. Я рассматривал детали острова на фотографии со спутника. Небоскребов здесь не было – простые дома. И станция метро находилась совсем поблизости от предлагаемой квартиры. Сам Манхэттен с островом разделяла всего одна остановка метро. Имелся даже запасной вариант связи: канатная дорога через Ист-Ривер.
Рекламное наименование квартиры, «Моя солнечная комната на острове Рузвельта», меня окончательно подкупило, и я решился на бронирование.
От хозяйки, по имени Лэди, я получил необходимые данные для связи.
Моя американская Vista-Visa и канадская виза AVE – были готовы. Вещи – уложены.
Оставалось только расслабиться в ожидании дня вылета.
Самолета я всегда побаивался. Сомнения усугублялись тем, что на этот раз предстояло впервые лететь над океаном, то есть – возможности аварийной посадки уже не будет… Начал вспоминаться печальный случай рейса Рио – Париж над Атлантикой…
«А ради чего я, собственно, принимаю такой риск? – появлялись сомнения. – Ведь, хоть и говорят, что риск на авиатранспорте ничтожно мал, но он все-таки, есть… И где гарантия того, что он не придется именно на тебя?.. Тогда, какой смысл рисковать ради каких-то десяти дней отпуска? Ведь и здесь можно хорошо провести время: снимал бы, к примеру, ту же осень в Париже».
По мере приближения даты вылета эти мысли все больше омрачали настроение.
Сестра успокаивала меня по телефону из Курска:
– Ну слышал ли ты когда-нибудь, чтобы самолеты те, что летят в Америку – падали?!
Ее слова меня не очень успокаивали.
Я думал, что Миша, который все знает, успокоит меня больше. Но он отвечал мне по-научному трезво:
