Женщина ничего не ответила. Она отвела глаза в сторону, как будто чего-то стыдилась, но Бриг не понимал, чего именно. Он знал, что идти женщине было некуда. Она постоянно жила в доме Юса. Мать выгнала ее из дома несколько лет назад.
– Да, – соврала женщина. – Есть, конечно.
Это неловкое вранье показалось хаяту даже милым. Маленькая гордая птичка. Он подумал, что расстроится, если она не выживет, и сам себе пообещал постараться ей помочь.
Эпилог
– Как хорошо, что это закончилось! – Мийди одним махом опустошила бокал вина.
Сегодня, спустя пять лет, мы праздновали приговор «жрицам» Матери. Пять лет мы боролись, чтобы этих тварей изолировали от общества и этот культ умер.
Законодательная система Кардала, столкнувшись с такой ситуацией, впала в ступор. Судьи, воспитанные на том, что кардали – это самая великая ценность планеты, никак не могли вынести приговор, даже когда подсудимые полностью признали свою вину. Их адвокаты давили на то, что пострадали только мальчики, только сыновья, и ущерб обществу был нанесен минимальный. Я просто кипела от ярости, слушая чушь, которую несли адвокаты. А самым тяжелым этапом расследования стали три месяца рассмотрения показаний детей.
Ситуацию спасла моя свекровь, мама Байрона. Эта маленькая, улыбчивая, совершенно хрупкая на первый взгляд женщина оказалась леди не просто стальной, но еще и довольно жесткой. А иногда жестокой. Именно она предложила найти кардали, которые пострадали от действий «жриц», и инициировать второе уголовное дело от их лица. И тогда дело сдвинулось с мертвой точки: одно дело, когда женщину обвиняет мужчина, и совсем другое, когда женщину – другая женщина.
С помощью семьи Гастара и денег Байрона дело получило широкий резонанс. И вот сегодня утром суд изолировал всех «жриц» культа Матери и их мужей, чью причастность к похищениям детей удалось доказать. Например, кар, который взорвался в торговом центре, был угнан Эймондом Висту, биологическим отцом пятого мальчика.
Именно Висту оборудовал кар системой наблюдения и дистанционного управления. Жардан Варских, муж прислуги в доме Гастар, которая была причастна к похищению Ронни, работал на фабрике, где изготавливались модные детские кроссовки с мультяшками Флиппи. Именно в объемное изображение персонажа был помещен микроскопический прибор, который и вел мальчика к убийцам. Сильный подавляющий волю препарат и микроволны, активирующие нужные отделы мозга, творили чудеса.
Позже мы выяснили, что Ронни спасла случайность. Он плохо завязал шнурки и по пути к смерти споткнулся и потерял кроссовок с датчиком. Он лишился сознания и очнулся в парке. Схватить ребенка не успели – побоялись, потому что как раз в это время в парк прилетела я. Вот только я была настолько увлечена своими проблемами, что прошла мимо ребенка и похитителей, которые какое-то время следили за нами и ждали, что я уйду. Но Ронни очнулся и попросил помощи.
– Мийди, тебе ищут мужья, – к нам подошел Майрад.
Его помощница закатила глаза и неохотно посмотрела в сторону высокого лохматого кардальца.
– Весь праздник испортил! – шикнула она на Майрада и поставила бокал на низкий столик.
– Что с ней? – спросил Майрад, когда помощница отошла достаточно далеко.
– Они поругались.
– Они всегда ругаются. Но она никогда не злится на них дольше трех минут.
– Ваби рассказал Мине, что Ваши крутит роман с секретаршей Брига, – присоединился Варадар.
– У твоего брата роман? – Варадар неопределенно пожал плечами. – Не думаю.
– И почему ты так считаешь? – тут уже стало интересно мне. – Он взрослый свободный кардалец и не обязан перед вами отчитываться.
Я часто вспоминала Ваши. Но старалась не рассказывать об этом мужьям, чтобы лишний раз не давить на больные раны. Я знала, что Варадар регулярно общается с братом, реже с ним связывался Майрад. К счастью, теперь им не приходилось шифроваться. А вот Байрон о докторе Райси не вспоминал.
Новости о своем несостоявшемся муже я чаще узнавала от мамы или отцов Варадара. Иногда маленький Эри, младший брат Варадара, рассказывал, как доктор Райси похвалил его школьный проект.
– Если бы у Ваши действительно была любовница, мы бы сейчас наблюдали настоящую бойню.
– Ты о чем?
Варадар показал на окно. Присмотревшись, я увидела, как возле черного кара разговаривают Атави и Райси.
– О чем они говорят?
– Скоро узнаем, – философски заметил Майрад.
Хаят поднялся в свой офис. Настроение было приподнятым: первый этап реформ сегодня официально завершился – можно было отпраздновать маленькую победу.
Три года назад полностью сменился состав Сенота. Члены правления менялись добровольно под благовидными предлогами: кто-то хотел больше времени проводить с семьей, у кого-то истек срок службы, кому-то занимать высокий пост не позволяло здоровье. Люди не понимали, что происходит на Олимпе, хаяты догадывались, но молчали. Все эти годы военные держали руку на пульсе реформ, готовили почву для перемен или отступления от своих планов. Ни один из них не был уверен, что они движутся в правильном направлении.