Любой вменяемый человек понимал: делается слишком мало, и тем не менее «слишком мало» продолжало оставаться всеобщим принципом действий. Разумеется, вытеснение из сознания тоже имело место, но оно было в духе Фрейда, фрейдистская модель разума основана на идее паровой машины, что означало сжатие, нагнетание давления и выпуск пара. Поэтому вытеснение увеличивало внутреннее давление, ответная реакция на вытеснение давление снижала. Либо выпускаешь пар, либо разорвет котел. Чего было ждать людям тридцатых? Шипения или взрыва? Свистка, стравливающего давление в системе, как в надежно работающем двигателе, или грохота? Никто ничего не мог предсказать, люди кое-как проживали день за днем, а давление между тем все нарастало.
Поэтому мало кто удивился, когда однажды в считаные часы потерпели катастрофу шестьдесят авиалайнеров. Самолеты разных рейсов падали в разных точках мира, хотя, когда разобрались, выяснилось, что подавляющее большинство катастроф пришлось на частные самолеты и бизнес-джеты, а коммерческими рейсами в основном летели бизнесмены. Но и обычные, невинные пассажиры, путешествовавшие с разной целью, тоже погибли – около семи тысяч за один день, обыкновенный гражданский люд, летевший по своим делам.
Потом было установлено, что самолеты атаковали и вывели из строя их двигатели пущенные наперерез стайки малых дронов. От дронов ничего не осталось, отследить изготовителей и операторов не удалось. В первые же часы после катастроф ответственность взяли на себя сразу несколько террористических групп, они выдвинули разные требования, однако причастность ни одной из них не удалось доподлинно доказать. То, что ответственность за такое преступление взяли на себя многие группы, лишь придало событию еще более пугающий эффект. В каком мире мы живем?
Один посыл был достаточно ясен: прекратите авиаполеты. Многие послушались. До этого дня в любую минуту в воздухе находились полмиллиона человек. После авиакатастроф число пассажиров резко сократилось. Особенно когда через месяц произошла вторая волна крушений, на этот раз закончившаяся гибелью двадцати самолетов. После этого коммерческие рейсы нередко летали порожняком или вовсе отменялись. Частные реактивные самолеты тоже перестали летать. Боевые самолеты и вертолеты подвергались атакам не меньше, поэтому военные сократили полетную активность и поднимали машины в воздух только в случае острой нужды – как на войне. Это и была война.
Кто-то подметил, что не пострадал ни один из экспериментальных самолетов на аккумуляторах, ни один самолет на биогорючем, а также ни один дирижабль, аэростат или воздушный шар. Правда, в то время их летало так мало, что было трудно определить, стало ли это чистой случайностью или было чьим-то планом. Похоже, новые воздухоплавательные средства действительно пощадили, в этом был определенный смысл, производство дирижаблей, которое потихоньку началось уже тогда, резко пошло в гору и продолжается по сей день.
Начало войны за планету обычно приурочивают ко дню самолетопада. В том же году чуть позже начали тонуть контейнерные корабли – почти всегда у самого берега. Торпеды ниоткуда – новый тип подводных дронов. Впоследствии было подмечено, что корабли затоплялись в таких местах, где они могли бы обрасти кораллами. Так или иначе, их топили. Разумеется, суда работали на дизтопливе. Погибших практически не было, однако мировая торговля получила жестокий удар. Фондовые рынки обвалились еще больше, чем в день самолетопада. Всемирная рецессия, ощущение потери контроля, стремительный рост цен на потребительские товары, явная перспектива полномасштабного продолжительного спада – он действительно последовал через пару лет… тревожные были времена.
Через два месяца после массовых авиакатастроф в интернете опубликовала манифест группа под названием «Кали» или «Дети Кали»: группа объявила войну транспорту на углеводородном топливе. На такой транспорт приходилось от двадцати до двадцати пяти процентов сжигания ископаемого горючего, и система, давал понять манифест, была уязвима для саботажа.
В следующий раз «дети Кали» (либо те, кто прикрывался их именем) произнесли всего одно слово: «коровы». В том же году группа объявила, что коровье бешенство или губкообразная энцефалопатия крупного рогатого скота была искусственно выращена и с помощью стреляющих дротиками беспилотников введена миллионам коров по всему миру. Везде, кроме Индии, но в первую очередь – в Соединенных Штатах, Бразилии, Англии и Канаде. Ничто не могло остановить заболевание и последовавшую через пару лет массовую гибель скота; при потреблении в пищу мяса заболевшего животного заболевание нередко поражало мозг человека как разновидность болезни Крейцфельда-Якоба, неизбежно приводя к фатальному исходу. Ради собственной безопасности люди стали отказываться от говядины.
