Стилсон быстро перебрался сквозь строй музыкантов на другую сторону, чтобы пожать руки там, и Джонни видел только верхушку его желтой каски. Он испытал облегчение. Слава Богу! Их пути разошлись. Подобно фарисею из известной притчи, тот предпочел уйти в сторону. И отлично! Просто замечательно! Когда Стилсон доберется до эстрады, Джонни соберет свои вещи и тихо исчезнет. Хорошего понемножку.
Байкеры расчищали проход, сдерживая толпу и не позволяя ей поглотить кандидата. Дубинки из обрезанных киев по-прежнему находились в задних карманах, но лица их владельцев выражали настороженность и готовность к любым неожиданностям. Джонни не понимал, от какой опасности они хотели уберечь кандидата — разве что кто-то запустит в него пирожным, — но впервые за все время на лицах байкеров был написан живой интерес.
А затем и правда что-то произошло, но Джонни так и не понял, что именно. К желтой каске потянулась женская рука — наверное, чтобы дотронуться до нее «на счастье», — и один из подручных Стилсона тут же нырнул в толпу. Послышался испуганный женский крик, и рука мгновенно исчезла. Но все это происходило по ту сторону от оркестра, и разобрать конкретно, что там случилось, было невозможно.
Стоял такой невообразимый шум, что Джонни снова вспомнил о рок-концертах, где ему случалось бывать. Если бы Элвис Пресли или Пол Маккартни вдруг решили пожать фанатам руки, творилось бы то же самое.
Кругом нараспев скандировали: «Грег… Грег… Грег…»
Мужчина, явившийся со всей семьей, посадил сына на плечи, чтобы тому было лучше видно. Молодой человек с большим шрамом от ожога на щеке размахивал плакатом: «Живи свободно иль умри, нам с Грегом точно по пути!»
Удивительно красивая девушка лет восемнадцати размахивала арбузным ломтем — по ее загорелой руке стекала струйка розового сока. Толпа неистовствовала и гудела, как высоковольтные провода под напряжением.
Неожиданно Грег Стилсон снова пробрался через строй музыкантов туда, где стоял Джонни. Он двигался, не останавливаясь, и все же успел похлопать по спине юного трубача.
Потом Джонни не раз перебирал в памяти все детали, пытаясь убедить себя, что не мог нырнуть в толпу и окружающие буквально
Джонни почувствовал знакомый холодок, неизменно сопровождавший наступление транса. Все мысли и желания вдруг отошли на задний план, уступив место
— Дружище, надеюсь, вы поддержи…
Стилсон осекся. Точно так же, как в свое время Айлин Магоун. Или доктор Джеймс Браун (полный тезка всемирно известного «крестного отца соула»). Или Роджер Дюссо. Глаза Стилсона расширились от… страха? Нет!
Казалось, время остановилось и замерло. Встретившись, их взгляды уже не оторвались друг от друга, и они слились в единое целое. Джонни снова оказался в коридоре с тускло поблескивавшими стенами, только на этот раз не один, а со Стилсоном, и все у них было…
Никогда прежде такое сильное озарение не вспыхивало в нем. Осознание происходящего нахлынуло на Джонни и смяло его. Казалось, будто из узкого черного тоннеля вылетел на бешеной скорости зловещий товарный состав, а луч одинокого прожектора, скользнувшего по мчащейся махине, оказался лучом абсолютного знания. И этот луч пронзил Джонни Смита насквозь. Бежать было некуда — знание расплющило и прижало его к земле, а черный поезд продолжал стремительно мчаться дальше, не замечая распластавшегося под ним Джонни.
Ему хотелось закричать, но не было ни сил, ни голоса.
А перед глазами стояла все та же картина:
…Грега Стилсона приводит к присяге какой-то старик с жалким и испуганным взглядом мышонка в когтях матерого и закаленного в битвах…
…нет… деревенского кота. Одна рука Стилсона лежит на Библии, другая поднята вверх. Это происходит в далеком будущем, потому что шевелюра Стилсона сильно поредела. Старик произносит слова клятвы, а Стилсон повторяет за ним. Он говорит, что…
