- Эй, великий вождь! – крикнул Павел. - Тебе чего от нас нужно?
Был ли этот туземец вождём или нет, но после такого обращения он надул щёки, грудь выпятилась, нижняя губа свесилась на подбородок, словно кусок недоеденного блина. Дикарь важно приблизился к пленникам. По мановению руки один из приспешников сует ржавый ящик под задницу. Усаживаясь, дикарь многозначительно произносит:
- Ты прав, я уже великий вождь. Только мне удалось захватить вас в плен целыми и невредимыми, как и просили.
- Вот как? И кто же тебя уговорил, великий вождь? – вкрадчиво спросил Павел.
- Учёный человек. Он дал моим воинам оружие и обещал дать ещё больше, а также много еды. Имя у него странное – Роман … э-э … Шухич. Или не Шухич? В общем, дурацкое имя.
- Шухевич, - подсказала Маша.
- Да, правильно, - кивнул дикарь, - именно так его зовут.
- А для чего мы ему нужны?
- Мне не всё равно? - удивился дикарь. - Он дал оружие, теперь я смогу захватить власть в племени, старый вождь уже выжил из ума, ему пора на покой.
- Понятно, - кивнул Павел. – А почему вы не помогаете своим раненым?
- Это не мои воины, а старого вождя. Мои были рядом.
После этой фразы будущий предводитель племени счёл разговор оконченным и важно удалился.
- Маш, что за Шухич такой, а? – спросил Павел.
- Не Шухич, а Шухевич. Древний герой украинского эпоса. Я ж говорила, что эти придурки в бункере чокнутые потомки таких же чокнутых украинских эмигрантов. Они побрали себе псевдонимы. Роман Шухевич – это тоже псевдоним, настоящего имени того дурака я не знаю.
- И чём он прославился, этот Роман? Наверно, с драконами сражался, - шутливо предположил Павел.
Девушка помолчала, потом повернулась к Павлу.
- Ты когда нибудь слышал слово nachtigal?
- Ну, в переводе с немецкого означает соловей.
- Во второй мировой войне на Восточном фронте действовал батальон диверсантов под названием Нахтигаль. Он комплектовался исключительно из предателей и украинских националистов. Все военнослужащие должны были в совершенстве владеть русским языком, потому что группы диверсантов действовали под видом советских солдат или партизан. Они не взрывали мостов, не сражались в открытом бою, только убивали исподтишка людей с особой жестокостью, причём всех, и русских и своих украинцев. Ты знаешь о сожжённой вместе с жителями белорусской деревни Хатынь? Жгли они, немцы только наблюдали. Этот батальон был предназначен для карательных операций против мирных жителей. Только для этого! Солдатам нахтигаля поручали то, что не хотели делать даже эсэсовцы.
- Ну а этот Шухевич тут причём?
- Он был командиром батальона Нахтигаль.
Павел задумался. Курсантом он не был отличником, особенно по истории войн и военного искусства. Рассказ семнадцатилетней девушки удивил и расстроил его. Почему-то она знает, а для него это новости.
- Теперь вы понимаете, почему он хочет запустить эти ракеты, Павел Андреевич?
- Знаешь, когда ты рассказывала об этом прошлый раз, я, честно говоря, не поверил, - признался он, - с тех пор прошло столько лёт, столько всего произошло … С трудом верится, что ещё есть люди, живущие какими-то древними проблемами. Украина давно самостоятельна, никто ничего не делит. И вот некий придурок, который, кстати, никогда не бывал на Украине, вдруг решает отомстить, причём не конкретным лицам, а сразу всём людям только за то, что они другой национальности. Ты хорошо знаешь …
Железные ворота, расположенные напротив, дрогнули. Раздался лязг, щелчки, взвыли электромоторы и стальная стена медленно поползла вверх.
- Сейчас познакомитесь, - упавшим голосом произнесла Маша.
Когда расстояние от нижнего среза железной стены и пола достигло метра, в образовавшуюся щель прошмыгнул невысокий мужчина. Ворота тотчас замерли, через мгновение створка пошла вниз. Мужчина на минуту остановился, окинул взглядом зал. Когда увидел пленников, радостно заулыбался. Прихрамывая, подошёл ближе.
- Так, так, - произнёс он, - очень хорошо. Попались-таки, голубчики. Эй, стул мне!
Услужливые дикари принесли ящик, отбежали в сторонку. Они всё-таки побаивались Павла и предпочитали стоять подальше.
- Ну шо, москалики, потрапыли у халепу? – произнёс мужчина по-украински.
Маша брезгливо скривила лицо, отвернулась. Павел посмотрел на неизвестного. Худой, бледный, карие глаза слезятся, отчего мужчина всё время вытирается грязным платком. На голое тело надет халат, который много лет назад был белым. Такого же цвета лабораторные штаны украшены снизу густой бахромой, на ногах рваные солдатские ботинки. Мужчина выглядит, как завсегдатай городской помойки.
- Это ты учёный? – с сомнением в голосе спросил Павел.
- Так, я вченый, - важно сообщил мужчина, - а ты шо тут робишь, москалику?
- А не твово ума дело, Рома, - с усмешкой ответил Павел. - Ты с какой помойки пришёл?
- Ты знаешь моё имя… Вона набрехала? – кивнул на девушку.
- Не имя, а кликуху, как у собаки. Так с какого дурдома ты сбежал?
