- Стой здесь и ничего не трогай, - приказал Павел, бросаясь к ракете. Едва он сделал первые шаги, как раздался хлопок, короткий свист и сверху падает крупноячеистая сеть. Под колени сильно бьёт стягивающий трос, зал переворачивается вверх дном. На мгновение перёд лицом мелькает грязный бетон пола, затем стремительно удаляется. Не прошло и секунды, как Павел оказался подвешенным в проволочном мешке на высоте нескольких метров. Извернувшись, он увидел, как из всех щелей, укрытий и ям выскакивают низкорослые люди в лохмотьях, дико вопят и размахивают руками. Несколько дикарей бросаются на девушку, ловко скручивают верёвками руки и ноги.Трос, на котором он висит, перекинут через кронштейн и натянутой струной уходит вниз, к лебёдке. Возле подпрыгивают радостные туземцы, один, по обычаю, размахивает полосатым флагом. Сплетённые из полудюймового стального троса ячейки рвутся под железными пальцами, словно бумажные. В образовавшуюся дыру просовывается рука, раздаётся выстрел. Граната взрывается точно под барабаном лебёдки, куски троса, обломки и земля взлетают к потолку, прыгающие туземцы исчезают в огне. Дурацкий полосатый флаг, кувыркаясь, пролетает рядом с сеткой. Но Павел ничего этого не увидел. Едва прозвучал выстрел, как он прыгнул головой вниз в прореху, перевернулся в падении и стал на ноги. Тотчас со всех сторон на него обрушился шквал пуль, он буквально утонул в фонтанах пыли. По броне забарабанили острые куски железа, осколки бетона и камней. Павел кувырком ушёл от огня, пригнулся и длинная очередь трассирующих пуль смела толпу туземцев. Оставшиеся в живых дикари с воплями кинулись прочь, потрясённые тем, что странный человек так легко разорвал железную сеть, остался цел и невредим под шквальным огнём.
- Павел! Отпустите, гады противные! – прозвучало за спиной.
Павел оборачивается – на возвышении сразу десяток дикарей вцепились мёртвой хваткой в девушку. Маша отчаянно вырывается из цепких лап, ей удалось освободить одну ногу и несколько аборигенов уже валяются на земле, корчась от боли. Но остальные навалились скопом, один приставил нож к горлу. Едва Павел шагнул, как он крикнул:
- Стой на месте! – и сделал движение, словно собрался перерезать горло.
- Ну, стою, дальше что? – хмуро сказал Павел.
- Иди туда, там тебя свяжут, - мотнул головой дикарь.
Павел взглянул в указанном направлении. Ему велено подойти к ржавой конструкции странного вида, когда-то бывшей погрузочной или ещё какой, мачтой. Вершина срезана, сохранилось только основание. Понятно, дикарям нужна его жизнь.
- Слушай, вождь или кто ты там … Меня интересует ракета. Вон она, - показал Павел рукой на всякий случай. – Я сломаю её и мы уйдём.
- Нет, иди туда или я убью женщину, - упрямо повторил дикарь.
Павел оглядел зал. Бетонный пол весь покрыт ямками от пуль, усыпан мусором и осколками камней. Вокруг валяются десятки убитых и раненых туземцев, под сводами раздаются стоны, кряхтенье и жалобные вопли. Самые храбрые аборигены вцепились в девушку, не отпускают, но видно, что им страшно – вдруг большой человек начнёт стрелять? Что ему рыжая девица, другую бабу найдёт. Всё остальные попрятались кто где, даже автоматы и древние винтовки побросали. Павел вздохнул, посмотрел на Машу и неожиданно мирно произнёс:
- Да ладно, вождь, не парься. Иду я.
Старая конструкция угрожающе заскрипела ржавыми суставами, когда он прислонился спиной, сверху посыпалась труха. Обрадованный таким исходом вождь визгливо заорал на подчинённых. Аборигены неохотно повылазили из укрытий, робко приблизились к страшному большому человеку. Встали вокруг, не решаясь подойти ближе. Вождь опять завопил и тогда самые храбрые начали привязывать руки толстыми цепями. Когда замотали от кистей до плеч, немного успокоились. Привязали ноги, на всякий случай обмотали обрывок троса вокруг пояса. Вождь снова что-то гавкнул. Подвели девушку, привязали обычной верёвкой за руки, ноги оставили свободными. Управившись с делами дикари разбрелись по залу в поисках чего нибудь полезного и только некоторые из них стали оказывать помощь раненым, при этом беззастенчиво грабя беспомощных товарищей. Павел покачал головой, отвернулся. Девушка тоже заметила странное поведение дикарей, удивлённо спросила:
- Чего это они так?
Павел вспомнил, что он видел в племенах дикарей, предположил:
- Женщин мало, на всех не хватает, вот они и радуются, что избавились от конкурентов.
- Да ну, не может быть, - засомневалась девушка.
- Ну, не знаю тогда. Уроды, наверно.
Маша замолчала, отвернулась. Немного погодя тихо спросила:
- А ты чего сдался?
- Да так … надоело всё. Ракеты примитивные, пока долетят, их десять раз сбить можно. А тебя жалко терять, рыжих совсем мало осталось, - пояснил Павел, тоже отвернувшись.
- Если мы выберемся отсюда, первым делом окрашусь в другой цвет, - рассердилась девушка. - Защитник рыжих несчастный!
Примерно через полчаса грабёж закончился. Оставшиеся в живых аборигены собрались вокруг вождя, стали хвастаться трофеями, некоторые втихаря что-то торопливо пожирали.
