Заглядывать в пролом как-то не хотелось, даже если там горы сокровищ. Павел вышел на освещённое место, с отвращением оглядел себя. Весь в жидкой, вонючей гадости, песок налип, какие-то клочья не то кожи, не то мяса. Тошнота волной поднялась к горлу, Павел едва удержался от рвоты. Торопливо зашагал прочь, глупо и смешно притоптывая на ходу, чтобы липкая дрянь быстрее отваливалась. Он так увлёкся приведением костюмчика в порядок, что не заметил, как приблизился к странной баррикаде. Путь перегородил завал из камней, обломков бетонных плит, старых трансформаторных шкафов и прочего мусора. Подходы к баррикаде перегорожены наполовину сгоревшими резиновыми покрышками, пластиковыми контейнерами. Внешняя сторона завала блестит от подтёков мазута и отработанного машинного масла. Наверху выстроились в ряд бочки. Понятно, что это сделано людьми. Павел на всякий случай отходит к выступу в стене, внимательно рассматривает баррикаду. В сумраке трудно обнаружить кого-то, но сканер показал, что на той стороне притаились живые существа. Недолго думая, Павел выходит из укрытия, становится под фонарь, так чтобы его было хорошо видно.
- Эй, кто там спрятался! Выходи, я вас вижу, - крикнул он.
Не дождавшись ответа, кричит ещё:
- Не валяйте дурака, люди! Или вы не люди? Тогда разговор будет другим!
Скосил глаза на экран сканера. Видно, как с другой стороны завала кто-то зашевелился, лезет наверх. Внешне похож на человека. Павел облегчённо вздыхает – иметь дело с уродами совсем не хотелось. Хотя и эти могут оказаться … только похожими. Неторопливо, готовый ко всяким сюрпризам, подходит к завалу. Наверху, между двух крупных камней, появляется голова в шахтёрской каске. На чумазом лице блестят круглые глаза, под носом топорщатся усы и бородка. Мужчина осторожно вытягивает шею, глаза быстро пробегают по фигуре незнакомца, что-то внимательно разглядывают за спиной Павла. Голова на мгновение исчезает, потом появляется, но уже не одна. Сразу пять человек рассматривают Павла, словно он чудо чудное, диво дивное, незнамо откуда взявшееся.
- Вы глухонемые? – спрашивает Павел. Ему надоело стоять под фонарём и ждать, пока чудаки в шахтёрских касках наглядятся на него. Спохватившись, повторяет вопрос на английском. После короткого молчания раздаётся сомневающийся голос:
- Не-а…
- Ага, понятно. Не хотите спросить, кто я такой?
- Ну, хочим…
- Так спрашивайте, едрёна мать, сколько ж мне стоять-то!
Из пяти касок исчезает четыре. Оставшаяся пятая неуверенно бубнит:
- Чё кричишь, чё кричишь… мы тута на стрёме.
Павел поднимает прозрачное забрало, чтобы было лучше видно лицо, подходит ближе.
- Хватит дурака валять, мужики. Я вас не трону и погреб ваш мне не нужен. Пойду дальше, дела у меня там. Ну, договорились?
Шахтёрская каска опускается, слышно тихое бурчание, возня.
- Ладно, залазь, только обережно, масло не пролей, - раздаётся голос.
Павел аккуратно лезет наверх. Вся баррикада залита густым мазутом, куда не ступи, испачкаешься. Пробирается по стенке, но на самом верху бочка. Осторожно огибает, но случайно задевает камень, он катится вниз, за ним другой, третий… Бочка угрожающе наклоняется тягучая волна мазута ползёт через край, словно язык подземного чудища. Снизу раздаётся испуганный вскрик. Павел одной рукой подхватывает падающую бочку, ставит на место. Другой берёт здоровенный булыжник, сует под днище. Удар ногой и бочка застывает, будто приваренная. Чтобы не развалить самодельную крепость, пока будет спускаться, прыгает на дорогу. Ботинки глубоко впечатываются в асфальт, оставляя чёткий отпечаток подошвы, гулкий звук от приземления тяжёлого тела уносится в тёмную даль тоннеля. Павел оборачивается. На него смотрят пять пар испуганных глаз. Видно, что ребята в шахтёрских касках остро жалеют, что разрешили такому мордовороту перейти завал. Оружия нет ни у кого, только странного вида коробочки в руках. Мужчины ёжатся, трусливо переглядываются.
- Вы что, военные, в дозоре? Нападения супостата ожидаете или как? – спрашивает Павел.
- Чё?
- Да ладно, это я так. Шутю. Чего дорогу перегородили?
Каски неуверенно смотрят друг на друга. Павел только сейчас замечает, что по бокам грязных, обшарпанных пластиковых шлемов нарисован полосатый бело-розовый флаг. « Опять туземцы, - понял он. - Везёт же на тупых»!
- Тама того… эта… - трясёт головой самый разговорчивый, - крэйграунд, вот!
- Крэйграунд? « Это подземный рак, что ли»? – подумал Павел. Вслух важно произносит:
- Ну, если так, тогда конечно. Ответственная работа у вас, военные. Не каждый справится.
Туземцы довольно заулыбались, выпрямились в полный рост, каски гордо блеснули грязными боками.
- Ладно, мужики, не буду мешать подвигу. Свершайте!
Павел отошёл довольно далеко, когда за спиной раздался топот сразу нескольких ног, задыхающийся голос произносит:
- Ты эта …уф! … эта … тово, туда не ходи.
- А куда ж мне идти? Тут дорога одна, - удивился Павел.
- Да нет, я тово … иди, только не сам.
- Ага, вы меня понесёте, - догадался Павел.
