Такого он давно не видал – разве только по тивишнику, в забугорных программах. Больше всего это смахивало на бронетранспортёр, насколько Вадим его помнил: те же угловатые массивные формы, могучие рифлёные шины, вместо окон – бойницы, залитые толстым стеклом. И пулемётная турель на крыше, перед люком, – пока что пустая.
– Ну, со старшинством и разделением функций как-нибудь разберётесь, – произнёс из-за его спины Брон, заскочивший в гараж, видимо, для напутствия. – Вы же не гонористые пацаны, коим лишь бы на рожон выпереть!.. Впрочем, для надёжности последнее слово оставляю за Лосем. Понял, Гризли? У тебя опыт, зато у него голова, каких мало. А вот одёжку, Вадик, придётся сменить – подходящие скорлупки тебе припасли. И пара стволов не помешает – мало ли. Стрелять ты, правда, не любишь, однако умеешь, и лучше, чтобы у тебя оставался выбор. Предпочтёшь собственную смерть – твоё право. Только постарайся, чтобы не в ущерб делу, ладно? А мне – не в убыток. Засим вас оставляю. Удачи!
Он обменялся рукопожатиями с обоими бывшими дружками и сразу отбыл: видимо, закрутилась каждодневная карусель, в которой контрабанда была далеко не единственным и даже не главным его делом.
– Гля! – гукнул Гризли, горделиво распахивая дверцы шкафа. – Кольчужки высший класс, достали по особому блату.
И вовсе это были не «кольчужки»: на пластиковых крюках разместились великолепные бойцовые доспехи, напоминающие рыцарские, только полегче и поизящней, со складчатыми суставами, с устрашающими шипами и гребнями, с ребристыми шлемами и вычурной сбруей, рассчитанной, кстати, и на огнестрелы. Ещё они походили на хитиновые покровы исполинских насекомых, отмеченные жутковатой, странной красотой. А габаритов были таких, что Вадим вдруг показался себе недомерком, словно во времена далёкой юности. Конечно, «Россия – родина слонов», но не динозавров же!.. Хорошо хоть, у них с Гризли приличная фора перед молодыми.
– Не боись, – утешил напарник. – Их можно слегка ужать – считай, тебе сшили на вырост.
«Скорее, выплавили, – подумал Вадим. – В самом деле, из чего это чудо? На металл не похоже – пластик. И кто им разродился – снова Институт? Тогда скафандры предназначены блюстителям. Но где собрались штамповать таких гигантов? И как доспехи попали к Брону?»
– Что ли, вперёд? – подстегнул Гризли. – Имей в виду, до заката надо много успеть.
Следуя его примеру, Вадим разделся и забрался внутрь доспехов. Оказалось не так страшно, даже комфортно, хотя слегка подрасти не помешало б обоим. В носки сапог пришлось набить тряпок – тем более, Вадим всегда отличался мелкостопием, – зато шлем, напротив, оказался тесноват. А вот Адаму доспехи пришлись бы впору, внезапно мелькнула мысль. Где-то он теперь, сей громила?
– Глухая защита от пуль, – похвалился Гризли, – даже разрывных. Можно прошибить только гранатой.
– Или лазером, – задумчиво добавил Вадим, разбираясь в защёлках, пазах, кобурах. – А мечом не пробовали?
– Чтоб ты знал, в комплект входят мечи, – хмыкнул Гризли. – По паре на брата. И несколько ножей – или кинжалов, чёрт их разберёт!
С пренебрежением он сунул Вадиму связку разнокалиберных клинков, показал куда что крепится, хотя тот и сам догадался на удивление быстро.
– Стал бы я таскать столько железа, если б не Брон! – проворчал Гризли. – Этот чудила раскопал где-то с пяток мастеров-мечников, и теперь каждый вечер набивает себе синяки. Да я кулаком сшибу любого узкоглазого вместе с его мечами!
– Попади сначала, – откликнулся Вадим, пробуя, каково ему будет хвататься за рукояти. Осенённое свежеразбуженным знанием, тело не разочаровало: руки сами, вслепую, находили мечи и тут же порывались их вырвать, чтобы запустить убийственную атаку. «Чёрт побери, – обеспокоенно подумал он, – с этим надо аккуратней: как бы не переусердствовать. Рефлексы ведь опережают сознание, и что толку в позднем раскаянии?»
– Сечёшь и в этом железе? – заметил наблюдательный богатырь. – Знакомые ухватки – в точности, как у сэнсэйчиков Брона.
– Завидно, что ли? Могу поднатаскать.
– И без тебя есть кому – до кровавых мозолей.
– А если без мозолей?
– Это как же? – не поверил Гризли. – Не бывает такого! Сколько живу, всё достаётся мне через пот или кровь.
– Тебя никогда не лупили под наркозом, толстый? – со смешком поинтересовался Вадим. – Перезаписываем рефлексы напрямую! Считай это разновидностью гипноза.
– Нет, правда? Мне бы сгодилось. И не только мне: Брон бы за такое озолотил – у него же сдвиг на холодном оружии!
– Как-нибудь попробуем – на досуге. Честно сказать, до сих пор я проделал это лишь раз.
– Даже если и получится – мало, – с сожалением возразил Гризли. – Насмотрелся я на этих жонглёров: у них же не суставы – шарниры! А у меня… – Он выставил перед собой могучую десницу, уже бронированную пластиком, покрутил громадным кулаком. Действительно, подвижность кисти «оставляла желать», а на одной хватке не выедешь. Такие руки больше годятся для кулачных боёв, но эти времена уже отходят.
