Вадим покачал головой. Действительно, создания походили на человечков с коротенькими конечностями либо на детишек лет шести-семи, хотя двигались странно. На обоих были напялены обычные лохмотья глухоманцев, какие Вадим видел вчера на Алёхе с приятелями, а значит, сходство не было случайным. И всё-таки коротышки были совершенно безмозглы, если не считать простейших рефлексов, – ещё хуже пиявок. Где же их кукловод?
– Это даже не «кто», – сказал Вадим. – «Кто» остался снаружи. Это части его тела, как руки или ноги, только автономней. Вроде биоустройств с дистанционным управлением.
– Как понимаю, – вкрадчиво заметил Гризли, – ты не прочь испытать на них пули? Подумаешь, нога! Не голова ведь.
Часом раньше он не стал бы тратить время на такие вопросы, однако сейчас Вадим сделался для триумвирата «ходячей совестью». (Не столько почёт, сколько тягостная обязанность: кому-то ж надо?) В данном случае запрет не поступил, к тому же опыт мог оказаться полезным.
– Валяй, – предложил Вадим без охоты, – испытывай!
Навскидку крутарь послал в Слугу пулю. И тут случилось странное. Для большинства чужаки просто исчезли бы, словно атакованная скорпена, однако Вадим углядел, как в несколько немыслимых скачков, взлетая точно на пружинах, они мгновенно отступили за угол. И через него это увидели остальные. Насторожённо мужчины приблизились, оставив девушку позади, на безопасном удалении.
– Я попал! – клялся Гризли. – Не мог не попасть!
– А где кровь? – спросил Вадим. – Или что у них вместо?
– Откуда мне знать? В следующий раз запульну гранатой.
– Хочешь подорвать всё к чертям?
С беспокойством Вадим ощущал Слуг совсем близко, за углом, – они даже не стали убегать дальше. Стало быть, выстрел их не напугал. Да и чего им бояться – с такой реакцией?
– Сюда б иудеев! – вздохнул Гризли. – Вот кто вколачивает – как гвозди.
– Не поможет, – сказал Вадим. – Сейчас мы вряд ли хуже и всё равно не поспеваем. Пуля этих гадёнышей не догоняет – вот проблема!
– Где ж я возьму тебе бластер?
– Придётся по старинке, – Вадим положил ладони на рукояти мечей. – А ты спрашивал: зачем!..
– Если поганцы такие шустрые, значит, и силы невпроворот?
– Не обязательно. Во-первых, команды они получают мгновенно, даже с опережением. Во-вторых, сделаны из иного материала, как всё пришлое зверьё, – так что перегрузочные травмы им не грозят. А вес у них не большой, судя по скачк
Несколько раз встряхнувшись, словно добирая решимости, Вадим направился к перекрёстку, бросив через плечо:
– Не торопись влезать, ладно? Будь на подхвате.
Он повернул за угол и оказался вплотную к чужаку, возвышаясь над ним, словно башня. Малыш даже лицом походил на ребёнка, смазливенького и ангелоподобного, только умершего – с синюшной кожей и сглаженными, словно оплывшими чертами. Но тут же сходство стало пропадать: конечности раздвигались точно антенны, выпирая из штанин и рукавов, – пока существо не вымахало под потолок, превратившись в подобие богомола, костистое и стремительное. Теперь уже оно высилось над Вадимом. А в следующий миг чужак маханул тощей лапой – обёрнутой кожистыми складками, покрытой редкими перьями, – и от неё отделилось узкое лезвие, смахивавшее на японский «вакидзаси», ещё добавив лапе длины. И в той же восточной манере, из-под локтя, Слуга рубанул Вадима по предплечью, которое тот едва успел выставить. Удар оказался силён, но не слишком, зато клинок отточен настолько, что едва не рассёк массивный доспех вместе с рукой. Рефлекторно Вадим выдернул свой меч, на том же взмахе атаковал. Однако угодил в воздух, будто целился вскользь, – и туда же провалились несколько следующих ударов.
Затем его серия набрала уверенность, на ходу подстраиваясь под необычную технику противника, и на какое-то время установилось равновесие – если сделать поправку на редкостную прочность Вадимовых доспехов. Но как ещё выровнять шансы, если поспевать за Слугой не смог бы ни один зауряд? Странные его механизмы были, в общем, просты, зато эффективны, к тому же отлажены на диво, до последнего возможного предела, – в то время как человечьи тела вряд ли использовались наполовину. Сколько Вадим ни понукал себя, только и сумел, что не выпустить противника из темпа своего восприятия. Он больше не пытался перейти в наступление, довольствуясь обороной, более или менее успешной. И знал, что соревнования на выносливость ему не выиграть: это же машина! Всё, что Вадим мог – это тянуть время. Хотя какой в этом сейчас прок?
