— Да. Наверное, я пытался назваться аборигенам, когда попал в ту реальность, а они услышали то, что им более привычно.
Май кивнул.
— Ещё что-нибудь помнишь?
Селен удручённо покачал головой.
— Нет! Где мы?
— Понятия не имею! — ответил Тангерес, вставая и возвращаясь к открытому капоту. — Милое место, но совершенно незнакомое. Твои приятели из запретной реальности сбили настройку. Не знаю уж кирпичом или добрым словом, но результат налицо.
Селен тоже поднялся и, виновато потупившись, присоединился к спасителю.
— Дело плохо? — спросил он уныло.
— Ничего страшного! — спокойно ответил Тангерес. — От дома далеко занесло, но дорогу я найду, а может быть, и на твою реальность по пути набредём.
Он уверенно улыбнулся, а Селен вздрогнул, вновь созерцая ряд острых как у хищника зубов. Тангерес стряхнул с плеч макинтош и небрежно бросил на заднее сиденье, следом отправились шляпа и очки. Демон остался в чёрных брюках и шелковистом свитере. Из вьющихся волос торчали аккуратные рожки, а глаза… Ясно, почему их приходилось скрывать в запретных мирах: радужки как ртуть или расплавленное серебро. Свет исходит из них, или они отражают чужой — всё равно страшно смотреть, да и выдают своего обладателя сразу. Демон, причём, боевая модификация.
Селен внезапно обнаружил в голове некоторое количество сведений и принялся перебирать их, как нищий содержимое своей торбы, пока его спутник колдовал над механизмом. Оказывается, Земля, их родная планета, состоит из множества параллельных структур, заселённых людьми и другими существами. Пути, избранные народами, различны, да и сами народы тоже. Кто пошёл тропой машинной цивилизации, как запретники, кто сроднился с живым миром, кто выбрал нечто среднее. Более других преуспели демоны и небожители. Они создали миры столь совершенные и продвинутые, что прочие земляне завидовали им и ругательски называли маргами. К себе демоны и небожи пускали неохотно, хотя слухи о царящем там изобилии всё же расползались по реальностям.
Должно быть, именно внешний вид демона пробудил первые воспоминания. Что если посмотреть на себя самого свежим взглядом? Селен с надеждой заглянул в зеркальце, приделанное к машине. Увиденное мало обнадёжило: физиономия зауряднейшая, да ещё давно не мытая. Единственно волос выросло: на три полноценных скальпа хватит, но весь прок от этого, что голова не мёрзнет. То ли дело демон: и сила и стать. Лицо выразительное и дерзкое. Нос нормального размера и губы жёсткие — ими только приказы отдавать, а глаза как фары у монстров-автомобилей. Внезапно Селен вспомнил, что марги умеют читать мысли, и застеснялся опасных ассоциаций. Лучше подумать о чём-то нейтральном.
— Помыться бы…
Тангерес ответил, не отрываясь от своего занятия:
— Попадём в цивилизованный мир — помоешься.
— А в какую реальность мы попадём? — спросил Селен, радуясь любому разговору.
Неуютно здесь и будущее темно.
— Представления не имею. Когда-то дороги были прямыми, но несколько компактных грамотно организованных войн сломало древнюю систему, и теперь для прыжка в каждый последующий мир приходится делать сложный расчёт.
Селен испуганно притих. Всплывёт ли в его памяти наука математика? Интуиция подсказывала, что вряд ли.
— А ты умеешь, Май?
— Конечно. Машины, которые я конструирую, занимаются, в том числе и этим.
Демон выпрямился и отошёл в сторону, знаком велев Селену сделать то же самое. Юноша повиновался и вовремя: машина, так похожая на автомобили запретников, начала преображаться. Контуры задрожали, приобретя элемент размытости, гладкие очертания проросли ломаными линиями. Селен отвернулся: процесс ощутимо гипнотизировал бесшумным совершенством. Машины маргов пугали прочих обитателей планеты почти так же сильно, как сами марги.
Там, где проехали колёса, остались две полосы примятой травы. Раздавленные цветы пахли остро. Девственная степь лениво морщилась под нажимом ветра, погружённая в сладкий тёплый сон. Вдали ломала горизонт зубчатая полоса деревьев. Возможно, там текла неспешная, как и всё здесь река.
— Ты со мной или остаёшься? — спросил насмешливо демон.
Селен испуганно встрепенулся:
— Конечно, с тобой. Здесь я погибну с голоду.
— Вполне возможно.
Трансформация завершилась. Вместо внедорожника на лугу оказался предмет чуть большего размера похожий на многогранный кристалл. Селен восхищённо вздохнул.
— Красиво!
— И удобно. Поехали.
Май Тангерес решительно шагнул к машине и исчез в ней. Юноша поспешил следом. Граница мягко расступилась и сомкнулась за его спиной. Изнутри конструкция оказалась полностью прозрачной. Степь была видна до края. Небо над головой синело проникновенно, даже ветерок проник в кабину, словно решил здесь немного погулять, а то и насовсем поселиться.
— Держи! — сказал Май, извлекая из пространства под пультом медальон на цепочке.
— Что это? — спросил Селен.
— Переводчик. Странствуя по мирам, полезно понимать, что тебе говорят. Больше шансов вовремя увернуться от пули. Оружие редко носят просто для красоты, а перед тем, как стрелять иногда болтают языком.
— Опасная привычка! — охотно согласился Селен.
