– Беру свои слова обратно, – выдал кот. – Я теперь вспомнил, что есть такое охранное заклятие: если бы мы потянулись к золоту, то хрен бы дошли до этого места. Так бы и погрязли в сундуках.
– И что теперь? – хлюпнул носом Кузьма. – Хозяйка не богатая? Мы не сможем взять ни одного ма-а-аленького кусочка золота? Ни одной крошечной бусинки?
Он расстроено шевелили ушами. Рерх посмотрел на него, как на умалишённого.
– Почему? Теперь можем.
Кузьма приободрился и с вожделением покосился назад, где стройными рядами высилось наше будущее благополучие. А у меня закончилась латентность к кошачьим когтям. Униженная задница мстительно заявила о себе резкой болью. Я заголосила и подпрыгнула:
– Рерх, гад, ты что, мне полж…попы оторвал?
– Ой, – поморщился котяра, следя за моими паническими ощупываниями филейной части. – Всё у тебя там целое. С мозгами только напряжёнка.
На мгновение у меня даже болеть перестало:
– В смысле?
– Видимо, нехватат! – развёл он пушистыми лапами. – Это ж надо с утра такой приступ активности! И не скажешь, что час назад с ленью обнималась в кресле!
– Это у тебя приступы активности редки, – отмахнулась я, – а вот обнимашки с ленью постоянные. Ты мне лучше скажи: чем нам грозит этот столб?
– М-м-м-м, – задумчиво прогудел кот, – походу, это у тебя, вернее, у твоего мозга обнимашки с …
Он дипломатично заткнулся, приняв во внимание мой аргумент – кулак около своего носа.
– Место силы, место силы, – бормотал Кузьма, что-то пытаясь вспомнить. – Ну конечно! – от радости малОй даже подпрыгнул. – Теперь мы можем не приобретать магические накопители! Этот столб – это сама энергия! Мы можем напитывать тут свои пустые!
Он закружился на месте, уже прикидывая выгоду. Хозяин! Мы с Рерхом уважительно покивали головами. Действительно, теперь ни к чему тратиться на обновление резерва накопителей.
– Так, – деловито произнёс домовой, – теперь я сам могу сюда спускаться. Давайте вернёмся. У нас как раз на кухне печные накопители требуют подзарядки!
Он в нетерпении притопывал лапами. А я с облегчением вздохнула. Господи, как же мне повезло вовремя увидеть этот замок! Теперь я не только самая богатая, но и самая МАГИЧЕСКИ независимая! Даже не так – ЗАМОК магически независим. Ведь Кузьма теперь сам может контролировать уровень магии и подпитывать артефакты и накопители, не отвлекая меня. Здорово! Можно не волноваться и спокойно заниматься своими делами.
– На выход! – Скомандовал домовой и первый двинулся. – По пути захватим несколько слитков золота. Надо обналичить в местную валюту и закупиться необходимыми вещами. Нужно несколько смен постельного белья, ещё несколько комплектов тёплой одежды для прислуги, – бормотал он себе под нос, загибая пальцы.
Короче, домовой ушёл в нирвану под названием Домоводство.
– Ты ларец захвати, – напутствовал меня Рерх. – Посмотрим, что там за цацки.
Под опьяняющим действием радости от находки, мы нагрузились золотом и ларцом и бодро принялись штурмовать подъём.
Мда. Теперь чувство чтотонетака обрело ясность. Жадность потирала ручки и камнем висела на горделивом самолюбии: а ноша-то тяжковата! На пятом лестничном пролёте у меня заныли руки, на шестом к ним подключились ноги, на восьмом я попыталась вернуться к походке австралопитека, на десятом мысленно согласилась с Рерхом с тем, что у меня «не хватат» мозгов – это ж надо было сообразить, сколько нам придётся лезть вверх! И не нагружаться как в голодный год. К двадцатому пролёту я была согласна стать страусом, сунуть голову в пол и не отсвечивать. К концу подъёма я научилась молчать матом. Сзади натужно кряхтел Рерх, тащив в зубах небольшой мешок, в котором многообещающе позвякивали два золотых слитка. Кузьма пёр четыре, и страшно этим гордился. Видимо, уже подсчитал что и сколько купит, это и придавало ему сил. В замок мы вывалились чуть живые, мокрые, злые и голодные. Но счастливые.
– Я сейчас сдохну, – слабо вякнул кот и растянулся на полу.
Кстати, тут пол с подогревом – моя идея! На старый каменный были вмонтированы магические камни, которые соединялись в одну цепь и подпитывались от магического аккумулятора. Так что котяра грел брюхо и млел.
– В очередь, – вяло осадила его я, – я первая. Я девочка, я слабее.
Кузьма, отдышавшись, обнаружил в себе второе дыхание и с фанатичным энтузиазмом принялся осуществлять свои задумки. Первым делом он вызвал Надира, чтобы тот оттранспортировал меня с котом. Надир неодобрительно окинул взглядом полуживых нас, передал ларец стражнику, прикатил самоходное кресло, погрузил меня и повёз к лифту. Сзади охранник нёс фырчащего Рерха. Он наотрез отказался отдавать мешок. Так и висел на руках у мужчины с зажатым в зубах мешком.
