— Отец отправит твоих паладинов на Землю, и ты останешься одна! У тебя не будет ни того ни другого! — злорадно сказала Алконост и я с трудом удержалась от того, чтобы не врезать ей кэмом.
С другой стороны, слова этой дуры успокоили меня. Если она не сомневается, что отец… Золотой император сдержит слово, значит, всё в порядке и за ребят можно не беспокоиться.
— Как-нибудь переживу. Я же не такая избалованная идиотка, как ты. Уж всяко не буду бегать за тем, кого тошнит от одного моего вида, — уела я Алконост и, не обращая внимания на её очередную истерику, направилась к своему адскому дому.
Всё, хватит! Не было родни и это тоже не родня. Глаза бы мои их не видели! Видите ли, я им расходный материал. В таком случае не пойти ли вам всем к чёрту! Для меня вы тоже ровным счётом ничего не значите!
[1] Примерно, как у меня в детстве.))
[2] Бриарей (др. — греч. , «могучий») — в древнегреческой мифологии прозвище гекатонхейра Эгеона . Сын Урана и Геи. Известен под именем Бриарей среди богов, Эгеон у людей.
[3] (греч. яз.) — госпожа
[4] Чёрная стрела — это авторская интерпретация. В соответствии с древнегреческими мифами стрелы бога любви золотые с голубиным оперением и свинцовые с совиной окантовкой. Первые дарили людям любовь, вторые вызывали безразличие.
Видя, что Вифания страшно расстроилась, Золотой император, пребывающий в образе мистера Вейса, обнял её и успокаивающе улыбнулся.
— Не переживай, дорогая! Всё будет хорошо.
— Даёте слово, ваше величество? — осведомилась она прохладным тоном. — Это было так необходимо, кричать на девочку и угрожать ей кэмом? Чак, ты хоть представляешь, каково ей сейчас?
— Моя любовь, не нужно осуждать меня. Постарайся привыкнуть к мысли, что Золотой император и Чак Вейс это не одно и тоже, хорошо? — прорычало великолепное существо, облачённое в сияющие золотые одежды и драконью маску.
Охваченная сомнениями, Вифания неуверенно кивнула.
— Я постараюсь, дорогой, — сказала она и сделала попытку высвободиться из устрашающих объятий.
— Да я это я! — проворчал Золотой император и снова вернулся к образу мистера Вейса. — Ну, теперь узнаёшь меня?
Пряча облегчение, Вифания фыркнула и, обняв мужа, приникла к его груди.
— С чего ты взял, что я тебя не узна
— Они — всего лишь издержки власти и вседозволенности, — усмехнулся мистер Вейс. — Я же сказал, что шкура Золотого императора накладывает определённый отпечаток… — он посмотрел на макушку жены и неслышно вздохнул. — Дорогая, я это говорю к тому, чтобы ты вела себя осторожней и выбирала слова, когда разговариваешь с Золотым императором… Нет-нет! В образе мистера Вейса я само терпение, и ты по-прежнему можешь вытирать об меня ноги, но… Алконост, прекрати фыркать! Если бы ты не была моей дочерью, я уже давно освежевал бы тебя и прибил твою шкуру на Нефритовых воротах.
— Отец! Прошу тебя, освободи Лотико! — взмолилась Алконост, сочтя, что наступил подходящий момент.
— Нет, — последовал безапелляционный отказ.
— Это несправедливо! Ведь я же исполнила твою задумку и эта… — девушка проглотила нелестное высказывание о матери. — Она теперь богиня и ты можешь забрать её в Небесный дворец.
— Я сказал — нет!
— Почему?! — с отчаянием выкрикнула Алконост. — Значит, просьбу смертного ничтожества ты готов исполнить, а мне отказываешь, хотя я столько сделала для тебя!
— Сирин права, ты действительно избалованная идиотка. Могла бы хоть немного разбираться в Небесных интригах. Неужели тебе не ясно, что нахождение в Тартаре Лотико Фьюстера это залог примерного поведения эллинских богов и их прихлебателей?.. Да что с тобой разговаривать! Пошла вон, пока я не передумал.
— Отец! — Алконост упала на колени. — Умоляю, отпусти Лотико!
— Хочешь поселиться по соседству с сестрой? — повысил голос мистер Вейс и просительница в тот же миг испарилась.
Вифания покачала головой.
— Да! Похоже, ты совсем не занимался воспитанием дочери. Нет, дорогой, это не упрёк, это констатация факта. Думаешь, я не понимаю, что власть требует неусыпного внимания и даже у бога забот полон рот. К тому же дела семейные и, в частности, воспитание детей, являются прерогативой матери. В общем, у меня к тебе предложение. Давай я заберу Алконост к себе, и пусть она некоторое время поживёт в нашем поместье на Фандоре.
На лице мистера Вейса появилось скептическое выражение.
— Да вы же дня вместе не выдержите.
— Дорогой, если уж я вас с Мушкой выдрессировала, тем более справлюсь с капризной девчонкой, — усмехнулась Вифания и на её лице отразилось раздумье.
«Всё же не мешает подстраховаться», — подумала она и её глаза обратились к мужу,
— Можешь на пару лет сделать Алконост человеком?
Золотой император бросил на неё заинтересованный взгляд.
— Ты имеешь в виду сделать её смертной?
— Да. Надеюсь, мне хватит этого времени. Кстати, было бы неплохо, чтобы и Сирин пожила с нами, — закинула удочку Вифания и затаила дыхание в ожидании ответа.
