— Здесь она, по крайней мере, в безопасности. Гекатонхейр Эгеон верный и неподкупный страж… Ну, ладно, — сдался Золотой император, не выдержав умоляющего взгляда любимой женщины. — Забирай, если не боишься. Только учти, если девчонки поубивают друг друга, то я тебя предупреждал.
Боясь, что он передумает, Вифания без промедления протянула ладонь.
— Давай пайзцу на освобождение девочки! — потребовала она, но внимательней пригляделась к мужу и отступила. — Хорошо, скажи ей сам. Я подожду вас дома.
— Нет уж! Если собралась, то иди ты.
— Такой весь из себя грозный, а испугался! — поддразнила его Вифания и, подпрыгнув, чмокнула в нос. — Не трусьте, ваше драконье величество, Сирин вас не съест… Э, нет! Никакого Золотого императора, только старый добрый мистер Вейс! — потребовала она.
— Почему это? — с вызовом вопросил Золотой император, но спорить не стал и вернулся к образу мистера Вейса.
— Потому! Опять что-нибудь непотребное брякнешь; дочь расстроится, а мне потом отдувайся за тебя, — заявила Вифания и с непреклонным видом развернула его к пристанищу Сирин. — Марш! — она подтолкнула его в спину — Сам напортачил, сам исправляй.
— Вот вечно так! Всё сам да сам! — вдохнул мистер Вейс. — Хоть бы поцеловала, прежде чем гнать в логово сердитой девчонки.
— Ладно, — смилостивилась Вифания, — поцелую. Так сказать, на удачу, только наклонись.
«Ну, совсем другое дело!» — сказал себе довольный мистер Вейс, увидев, что глаза жены затуманились желанием и она не спешит размыкать объятия. С сожалеющей улыбкой он осторожно высвободился из её рук и исчез.
«Слава Всевышнему! Чак и Сирин помирятся и в семье воцарится мир», — понадеялась Вифания. С замиранием сердца она призвала магию и с детским восторгом вновь ощутила какая это мощь — подвластная ей божественная сила.
Прямо из Тартара миссис Вейс перенеслась на Фандору и материализовалась у дверей, ведущих в кухню. Перешагнув через порог, она с привычным хозяйским высокомерием огляделась по сторонам, но поварята сказали, что Люсиль куда-то ушла.
«Вечно её нет, когда она нужна!» — подосадовала Вифания и переместилась в небольшой чуланчик. Хохотушка разумная встретила её печальным взглядом и, она, вспомнив, что накануне забыла её покормить, напустила целую банку мотыльков.
Пока обалдевший от счастья гомункулус отлавливал добычу, она порылась на полках с множеством аккуратно расставленных посудин, снабжённых этикетками. Найдя нужное, она прихватила с собой банку с хохотушкой и переместилась во владения Лиланда Бона. Вопреки обыкновению, тот обретался в столовой, а не на болотах.
При виде гостьи злосчастный маг не преминул подавиться лягушачьей костью и Вифания как следует стукнула его по загривку, чем спасла от неминуемого удушения.
— Спасибо! — прохрипел Лиланд Бон, признательно глядя на свою прекрасную спасительницу. — Дорогая, какими судьбами? — вопросил он, отдышавшись.
— Я пришла, чтобы вернуть твоё добро, — ответила Вифания и показала ему банку с хохотушкой.
— О! — воскликнул маг и его глаза загорелись восторгом. — Да ты ж моя прелесть! Скорей иди ко мне! Папочка страшно по тебе соскучился! — простонал он в экстазе.
Отшвырнув стул, Лиланд Бон схватил банку с хохотушкой, принесённую Вифанией, и на радостях чмокнул её через стекло. Отвыкший от него гомункулус шарахнулся в сторону и, закрывшись руками, тоненько заверещал.
— Спокойно, девочка! Не бойся, я тебя не обижу, — ласково проговорил Лиланд, и его взгляд обратился к гостье. — Вифания, помнится, ты обещала ещё кое-что.
— Что? — Вифания с трудом оторвала взгляд от длинных изящных пальцев мага, которые любовно, будто женщину, поглаживали банку с хохотушкой.
Воспоминания молодости повлекли её на опасную территорию и она, чтобы не податься соблазну, накрыла ладонью золотого дракончика, прочно обосновавшегося на запястье её левой руки.
— Ах да! Вот, держи свою драконью вытяжку.
— Принесла? Дорогая, ты тоже прелесть! — рассеянно проговорил Лиланд и, взяв свёрток, понюхал чёрное вещество, похожее на кусок высококачественного угля. — Отлично! Именно то, что нужно.
— Я рада, что угодила тебе, — холодно отозвалась Вифания, задетая тем, что бывший любовник куда больше обрадовался хохотушке, чем ей. — Как поживаешь? — спросила она приличия ради.
И пока Лиланд Бон, принявший её интерес за чистую монету, распинался, рассказывая, как он живёт-поживает, она с брезгливым выражением на лице расхаживала по столовой.
Глядя на остатки жалкой трапезы мага, Вифания вспомнила, какую гадость здесь готовят, и, преисполнившись сострадания к другу детства, сделала пробный пасс. Магия богов отличалась от той, к которой она привыкла.
Результат ей не очень понравился, и она взялась вносить коррективы. Увлекшись процессом, она несколько раз поменяла скатерть и посуду, цветы в вазах, а затем и сами блюда. После опробования нескольких из них Вифания с удовлетворением кивнула. «Практически то же самое, что у Люсиль. Вкус если и разнится, то немного», — с радостным оживлением подумала она.
