— Что?! Прости и это всё? — угрожающе прошипела миссис Вейс и упёрла руки в боки, готовясь к полноценному скандалу. — Вот только не нужно оправдываться ревностью к этому дураку Лиланду Бону! Тебе это не поможет!
— Но ты же с ним переспала! — воскликнул мистер Вейс, не столько обвиняя жену, сколько обороняясь.
— И что? — осведомилась миссис Вейс и зловещим тоном добавила: — Чак, лучше не зли меня! Если я сейчас вспомню, со сколькими ты мне изменял, мало тебе не покажется.
— Это всё твои фантазии, дорогая, — вздохнул мистер Вейс и, призвав терпение, сложил руки на груди.
Глядя на разгневанную чернокудрую красавицу, мечущую громы и молнии, он вдруг понял, что ни при каких обстоятельствах не сможет отдать её другому мужчине — даже если она сама об этом попросит. К тому же супружеские перепалки это было так по-домашнему, что растроганный до глубины души, он шагнул к жене и крепко её обнял.
— Вифания! Как же я соскучился по тебе! Даже по твоим скандалам!
— Прямо-таки соскучился? Что ж, не буду обманывать твоих ожиданий!
Вошедшая в раж миссис Вейс начала было превращаться в фурию, но тут появилась Люсиль Кром и испортила ей весь спектакль.
— Ваше… милорд! Какое счастье, что вы вернулись! — просияла кухарка, затем глянула на хозяйку и, пряча улыбку, с церемонным поклоном добавила: — Вы явились вовремя, завтрак ещё не успел остыть.
— Да? — сварливо воскликнула миссис Вейс, ещё не успевшая остыть, но взяла себя в руки и посмотрела на солнечные часы. — Завтрак должны подать только через час, а у тебя он, видите ли, ещё не остыл! Люсиль, это что такое? Ты же знаешь, я не ем разогретое, — проговорила она тоном избалованной аристократки, какой и была на самом деле.
— Миледи, вам я готовлю в последнюю очередь, так что не думайте, что я не исполняю своих обязанностей, — парировала кухарка, напустив на себя оскорблённый вид.
— Тогда для кого ты приготовила то, что предлагаешь моему мужу? — спросила миссис Вейс прокурорским тоном. — Если это для слуг…
— Вот ещё! Стану я кормить моего мальч… хозяина тем, что едят слуги! — в сердцах вскричала кухарка и мистер Вейс обнял её за плечи.
— Идём, Люсиль! Честно говоря, я не припоминаю, когда нормально ел в последний раз. И вообще, я страшно соскучился по твоей стряпне, — проговорил он, признательно глядя на ту, что была верна ему с самого его рождения.
Миссис Вейс это не понравилось; она ревновала мужа к кухарке, хоть не признавалась в этом даже самой себе. С тех пор как Люсиль Кром поселилась у них, он слишком явно выделял её из всех остальных слуг. К тому же Вифания не одобряла панибратства с простолюдинами.
— Чак! — строго воскликнула она, но её голос предательски дрогнул. — Ладно, иди ешь; после поговорим, — смилостивилась она.
Напустив на себя величественный вид, Вифания грациозно развернулась и прогулочным шагом пошла по красной кирпичной дорожке, к которой с обеих сторон примыкали клумбы с цветущими жёлтыми хризантемами. Как только зелень скрыла её от глаз мужа и кухарки, она просияла и, подхватив подол платья, со всех ног бросилась бежать к драконьей конюшне.
Для Люсиль Кром никакие деревья не были препятствием, и она с осуждающим видом покачала головой.
— Лицемерная девчонка! Ведь страшно рада, что вы вернулись, но ни за что не покажет, что сходила с ума, думая, что вы её бросили.
— Полно тебе! — улыбнулся мистер Вейс, наблюдая за полётом Мушки, обалдевшего от счастья. — Главное, что Вифания по-прежнему любит меня. Так! Что случилось? Рассказывай! — потребовал он.
На лице кухарки, промелькнуло замешательство.
— Ваше величество, это всё моя вина, — пробормотала Люсиль и попыталась было упасть на колени, но мистеру Вейсу пришлось не по душе её верноподданническое рвение.
— Люсиль! — рявкнул он.
— Простите, ваше… милорд!
Выбора не было и кухарка, скрепя сердце, рассказала, что случилось.
— Кто же знал, что распроклятый Лиланд Бон так силён, что его хрустальное око проникнет даже в ваш дворец, — завершила Люсиль свой рассказ и тяжело вздохнула. — Так что Вифания теперь знает, кто вы такой.
Некоторое время мистер Вейс пребывал в раздумье, а затем махнул рукой.
— Не переживай, нянька! Пусть всё остаётся, как есть.
Обрадованная тем, что он не злится, Люсиль облегчённо выдохнула.
— Вот и я подумала, что не стоит стирать ей память! — она вопросительно посмотрела на могущественного питомца. — Ваше величество, а как же девочки? Может…
— Нет! — последовал категоричный ответ. — Пусть сначала свыкнется с новым положением вещей.
— Это запросто! — фыркнула императорская кормилица и по совместительству кухарка. — Вифания жуть как властолюбива. Ваше возвышение лишь потешит её самолюбие, но не забывайте, что она ещё злопамятна. Как бы она ни натворила дел, узнав, что у неё отобрали даже память о дочерях. Ведь она мечтает о детях с самого начала вашего брака.
