Девушка старательно смотрела в сторону деревьев и держала оружие в корне неправильно. Говорить ничего пока не стал. Решил, что научу эту девчонку пользоваться оружием немного позже. Покачав головой, одел насквозь мокрые кроссовки. Оделся в свои немногочисленные вещи. Черепаху вернуть, обратно тоже не забыл. Помечтал о сухой одежде и о каком–нибудь плаще или пальто. Сейчас бы не помешало, что–то подобное, что бы согреться.
— Смотрю, оружие проверил, одежду выжал, а спораны? — посмотрела на меня взглядом учительницы младших классов Заноза.
— Что спораны? — я глянул на раздувшуюся сумку.
— Они у тебя герметично закрыты?
— Не все, — часть добра хранилась, как придется.
— Надо перебрать, спораны влагу впитывают.
Не забывая смотреть за округой, посмотрели и перебрали спораны. Контейнер, доставшийся от Пуха, оказался влагонепроницаем, как и банка с контейнером от Таракана. Подмокли только добытые лично мной и брошенные, как придется трофеи. Их пришлось переложить в контейнер Пуха в отдельный отсек и переложить ватой взятой из другого. Не показал контейнер с жемчужинами Занозе. Мне хватило ее восторгов количеством гороха и споранов. Она охала над почти полутысячей споранов и зажимала рот ладошкой, что бы ни завизжать от вида полутора сотен горошин.
Двинулись по лесу по слою пожухлой прошлогодней и свежей опавшей листвы, полусухому травяному ковру с желтыми проплешинами. Вертел головой, как только мог, но ничего крупнее белки не видел. Донимали лесные насекомые. Пара хвостатых плутовок искала что–то на земле, но как только заметила нас, взбежала по стволам стоящих рядом деревьев и замерла где–то в кронах. Если животные для зараженных и вправду интереснее людей, то рано или поздно бедняжкам придет конец. Хотя о чем я? Рано или поздно нам всем придет конец. Ведь все же смертны. А так у белок есть шанс протянуть подольше многих.
Заноза всю дорогу намеревалась что–то мне поведать, и я устал на нее шикать. Все ждал встречи с каким–нибудь зараженным зверем. Шли долго. Уже когда одежда просохла, а отдохнуть и покушать хотелось все сильнее, вышли к поляне. На поляне зараженный и не слишком сильно изменившийся медведь, наверное, только начинающий споровик, или заматеревший пустыш, плясал на задних лапах вокруг дерева и царапал ствол когтями, но отчего–то не лез вверх. Медведь не точил когти и не развлекался. Им двигал чисто гастрономический интерес. На дерево от него спрятался мейн–кун.
Здоровенный котяра, которого я поначалу принял за рысь сидел высоко на ветке и зло шипел на заражённого. Даже для мейн–куна он имел крупные габариты. Длинна без учета хвоста сантиметров девяносто, высота в холке не меньше сорока сантиметров и вес килограмм восемь, а то и больше. Пушистая рыжая с вкраплениями белого цвета шерсть придавали кошачьему великану дополнительного объема. Да еще вдобавок шерсть стояла дыбом, делая его похожим на пушистый, но далеко не безобидный шар. Выглядел кошара так, что я бы точно не стал с ним связываться.
Медведь хоть и был худым до безобразия, но производил сильное впечатление, и связываться с ним тоже не хотелось. Оружие у меня не то что бы завалить его безопасно и споранов более чем достаточно, так что зачем нарываться, если можно спокойно обойти по–тихому?
— Пошли, — сказал шепотом и потянул девушку, что бы пройти мимо.
— Хороший котик. Давай поможем, — шепнула она, в ответ, заставив меня скривиться.
— На кой ляд он тебе? Зараженных привлекать? — прошипел я.
— Мы их и без него привлечем. Давай просто спасем.
Я молча вздохнул, ничего не отвечая.
— Ну, давай. Ну, давай, — заканючила она, схватив меня за рукав рубахи.
— Тихо ты, — выдернул руку. — Сейчас внимание привлечем и все. Потом пистолетом и железкой моей не отмашемся. Будь он даже пустыш это все же медведь. Любительницы животных блин, — вспомнил Катю с ее Дианой, не заметившей элитника вместе с нами идиотами.
Собака теперь снова будет одна, но она хотя бы жива в отличие от своей хозяйки. Ох, Катя. Катюша. Блонда. Не без бабских тараканов в головенке была девушка, но хорошая. Я таких, пожалуй, не встречал. С этой я быть может даже жизнь свою связать бы смог. А теперь ее нет. Труп красавицы блондинки с греческим профилем уже сожрал Тимошка. Теперь я просто обязан его кончить, хоть он и был просто оружием. Тимошку кончу, а с Ксеносом поступлю гораздо жёстче. Устрою ему жесткий полевой допрос, но спрашивать ничего не буду. Измучаю, что бы молил о смерти и убью. Не уверен, что мне от этого станет легче на душе, но я должен.
— Ну, давай, — дернула меня за рукав Заноза.
— Хорошо. Только нужно подумать, как это сделать, — принял решение способное стоить жизни.
— Выстрели ему в споровый мешок. Или меч туда воткни, — шепнула неугомонная девица.
— Почему именно туда? — с интересом уставился на девушку не забывая присматривать за зараженным медведем.
— Споровый мешок у них самое слабое место. Повредишь его и тварь сдохнет как от ранения в мозг. Краб так на моих глазах целого рубера убил, а этот мелочь, — яростно зашептала Заноза.
