Отток населения определенной этнической принадлежности свидетельствует об уменьшении и даже исчерпании возможностей для взаимной межэтнической адаптации. Первоначально, этническую миграцию осуществляют наиболее обеспеченные и социально активные члены, которые, не дожидаясь прямых угроз и действий, покидают территорию проживания. Располагая определенными материальными возможностями, эти члены диаспоры предпринимают более или менее безболезненный переезд на новые территории, имея при этом возможности жизненного обустройства. Основная же масса переселенцев вынуждена участвовать в миграции, которая имеет залповый ритм и эвакуационный характер310.
Отток северо-кавказского автохтонного населения в Османскую империю после окончания Кавказской войны одной из причин имел именно то, что многие горцы не видели для себя надежных социальных ориентиров. Оказавшись в контексте иной правовой, политической, религиозной и т. п. культуры, не имея надежных ресурсов сельскохозяйственного характера, они или покидали родину, или замыкались в узко этнических сельских обществах, или предпочитали формы деятельности, позволяющие сохранять жесткие корпоративные связи. Иными словами, горцы сохранили те поведенческие стереотипы, которые не оставляли особых надежд на то, что они смогут найти свое место в процессе модернизации311.
Сопоставим историю Кавказа с историческими процессами, происходившими на Руси. Наблюдалась ли массовая миграция населения, в ходе завоевания ее территории, в России? Покорение Руси Золотой ордой принесло тяжелые испытания. Ордынцы требовали дани в размере десятой части во всем, в том числе регулярно уводили людей. Население спасалось массовой миграцией. Доля городских жителей упала после похода Батыя с 13 до 1–2%. Количество жителей стольного города Владимира сократилось в 50 раз. Прежние пашни оказались заброшенными. Малодворная деревня (главным образом однодворная) стала основным типом сельского поселения. Население выживало, приспосабливаясь к новым условиям. В России за многие века сложилась и укоренилась переселенческая культура, а культура народа, как известно, живет в веках даже после исчезновения причин, породивших народные традиции312.
Серьёзными последствиями победы России в многолетней Кавказской войне стали усиления эмиграционных настроений среди побеждённой части горских народов и собственно эмиграция. Победители нисколько не возражали: прямо или косвенно они сами подталкивали горцев к эмиграции, причём не только «кнутом» (политическими и религиозными притеснениями, ограничением крепостного права и другими вмешательствами в социальную иерархию горского общества), но и «пряником», например оплатой транспортных расходов313.
Трагичным и губительным было массовое переселение народов Северного Кавказа в Османскую империю. Оно резко изменило демографическую карту Северного Кавказа, сказалось и на социально – экономическом развитии всего региона, разрушив его традиционную специфику и способствуя его колонизации русским, христианским населением (главным образом казаками)314. Характерно, что российская наука (в лице военных статистиков конца XIX в. А. Макшеева, Н. Обручева и В. Золотарева) разработала специальную доктрину, имевшую «пальму первенства» в обосновании «территории благонадежности». Эта концепция предполагала территориальную дифференсацию населения по признакам «благонадежности» (к этой группе относилось преимущественно славянское население) и «неблагонадежное» (евреи, немцы, поляки, народы Кавказа и т. д.). Только те районы считались благонадежными, где русское население составляло более 50 %315.
