Переселенческую политику практиковал и Шамиль. Известны многочисленные случаи переселения им жителей чеченских аулов вглубь Ичкерии в противовес аналогичной политики русских. Подобные крайние меры, предпринимавшиеся Шамилем, были, однако, выгодны и русским, по меньшей мере, в двух отношениях. Во-первых, освобождались новые земли для военных квартир, а при возможности и для водворения русского населения. Во-вторых, переселение Шамилем жителей Чечни в горы усиливало и без того высокое демографическое напряжение в Ичкерии, – сведения о котором находим мы в одном из царских документов322.
Мухаджирство, будучи формой насильственной эмиграции, близко по своей социальной сути депортации. Политика выдавливания, искусственного создания невыносимых условий совместного проживания, агрессивность инонационального окружения, явное и неявное преследование, ограничения в правах и т. п. сродни депортации по содержанию. Причём, если депортация носит одномоментный характер, то мухаджирство растянулось на десятилетия, оборачиваясь практически равными последствиями для национального самоощущения и самосознания. И у мухаджиров, и у переселенцев, оказавшихся за границами своих национально-территориальных образований и утративших социальный статус и гражданские права, главным индификатором национального самосознания стал мотив защиты. Обиды прошлого (Кавказская война), ошибки настоящего, передаваясь из поколения в поколение, привели к формированию у кавказских народов этностатусной неудовлетворённости, став вневременным источником межнациональной напряжённости323.
За мотивами принудительных миграций стоит то или иное сочетание политических и прагматических факторов. Политические мотивы – предотвращать восстания, рассекать недовольство, ослаблять или гасить протест, делать более или менее однородными районы выселения324. Различия между «добровольной» и «вынужденной» миграцией провести непросто: иногда эти виды миграций неотличимы друг от друга. Перемещение беженцев часто происходит внезапно и в стрессовых ситуациях, представляющих угрозу для их жизни. Имея тенденции приобретать массовый характер, такое перемещение, как правило, сопряжено с утратой средств к существованию и общественного положения. В то же время перемещение может выявить новые неожиданные возможности, и некоторые мигранты в состоянии ими воспользоваться. Однако для большинства переселение означает не расширение возможностей, а дальнейшее обнищание и всё меньшую уверенность в завтрашнем дне. Тяжёлое испытание, связанное с отрывом от привычного окружения и перемещением в незнакомую среду, может вызвать острые физические и душевные страдания даже у здорового человека325. Презумпция депортации заключается в том, что право населения решающим и безоговорочным образом влиять на собственное расположение в пространстве власти является условным и его соблюдение или несоблюдение зависит исключительно от произвола власти. Презумпция локализации предполагает, что необходимые для власти перемещения населения в границах государства и за его пределы могут осуществляться только по произволу метавласти и в рамках тех технологических матриц, при помощи которых контролируется данное пространство326.
Учёный Л.А. Гослинг провёл важное разграничение между четырьмя различными формами официального вмешательства в распределение населения. Исследование посвящено перемещению населения внутри страны. Формы правительственного регулирования по Гослингу:
1) Стихийное перераспределение, при котором отсутствует какое-либо прямое вмешательство власти, оказывающее воздействие на районы, направляющие или принимающие мигрантов.
2) Регулируемое перераспределение, при котором имеет место вмешательство либо в направляющем, либо в принимающем районе.
3) Организованное перераспределение, когда правительство использует сочетание положительных и отрицательных стимулов, с тем чтобы побудить население переехать из одного места в другое.
4) Принудительное перераспределение, когда власть применяет силу для перемещения людей из одного места в другое327.
