— Может, — не согласилась Эль, — наследник существует, Кстати, он уже сейчас обладает кровью светлого и темного эльфа отданными ему именно так, как предсказывало пророчество. И не знаю, обрадую я вас, или огорчу, но у него уже появилась магия. Более того, это именно об его щит ты сегодня сломал свой клинок, пытаясь ударить меня, — Эль ткнула пальцем в сторону Аннуминаса.
Владыки ошарашено переглянулись.
— А где он находится сейчас? — осторожно спросил Алла'атель.
— Вот, — Эль отступила на шаг в одну сторону, а я в другую. Сзади нас на белом эльфийце восседал эльфийский подросток. Миг, и Владыки, не поверив глазам, смотрели на симпатичного человеческого парня, который сидел верхом на единороге.
— Разрешите представить вам наследного принца человеческой Империи лорда Даррела Эдрика дер Терранс, — сказала Эль.
— Это тоже морок, — не поверил Алла'атель.
— Нет, Владыка, — покачала головой Эль, — это реальность.
— Не может быть, — Аннуминас рванул вперед к единорогу и внезапно подскочил, как ужаленный, когда его шибануло синей искрой, вылетевшей из рога.
— Прошу простить его несдержанность. Он всего лишь не любит, когда к нему подходят посторонние, — мягко сказал Дар, спрыгивая со спины Огонька.
Алла'атель стоял, прижав руки к груди и глядя на живую сказку, которая бесцеремонно полезла в его цветник, заинтересовавшись яркими цветами.
Дар подошел поближе и стал между нами.
— Да, кстати, это пророчество объясняет кольцо. Мы сначала удивлялись, почему оно такое, но нет, все оказалось правильно. Четыре камня — четыре расы.
— Какое кольцо? — заинтересовался Аннуминас.
— Вот это, — Эль полезла за шиворот и отцепила от цепочки на шее свое колечко.
Теперь на землю сел Владыка темных. Эль вздохнула и села рядом.
— Откуда оно у тебя? — потерянно спросил он у Эль.
— Мне его дала моя мама.
— Это ложь, не лги мне девочка! — его голос на глазах приобретал силу, — откуда?
— О боги, ну до чего же с вами сложно, — Эль встала на ноги, отряхнула свой костюм, и повернулась к нам, — покажем?
— Покажем, — кивнул я. — только эту одежду оставь, — шепнул я ей на ухо, а не те тюфяки, что на нас были надеты.
Она улыбнулась в ответ на мои слова и…
Рядом с Владыкой темных на дорожку уселся Владыка светлых.
— Высокородные лэды, — с достоинством начал Дар, — позвольте вам представить сына Владыки эльфийской империи Алла'ателя Орр'сарлеен, наследного принца правящего Ддома Орр'сарлеен Ландиэля Орр'сарлеен — легкий кивок в сторону меня, — и наследную принцессу темной Империи, принцессу Эльсинариэль Алл'роаллен — кивок в сторону Эль.
— Ну, я же говорила, — победно произнесла она. — И ни разу не соврала. Меня зовут Эль. Лан мой жених. Я не человек. Ну и колечко мне подарила моя мама. Так что, отменяем войну?
В ответ только захлопали две пары глаз с дворцовой дорожки.
Владыки обоих эльфийских Империй сидели на мраморной садовой дорожке и таращились на стоящих перед ними детей пустыми глазами. Эль, видя, что их явно контузило, и вставать они не собираются, толкнула Лана в бок.
— Помоги им подняться, а то, что они тут расселись, выйдет кто из дворца, не поймет еще.
Лан шагнул вперед и подал обоим Владыкам руки. Темному левую, а светлому правую. Алла'атель вцепился в нее, как утопающий в соломинку, подлетел вверх и порывисто прижал Лана к своей груди.
— О, Пресветлая Аэлэниель, благодарю тебя! Сын, — он на миг оторвал Лана от себя, взглянул ему в лицо и снова обнял.
Аннуминас не среагировал на поданную ему руку. Он сидел, опустив голову, и на его лице сменялась целая гамма чувств одна за другой. Недоверие, радость, счастье, грусть, скорбь, и, наконец, стыд.
Эль присела перед ним на корточки, и прикоснулась к его плечу.
— Папа, вставай.
Он резко поднял голову вверх, внимательно посмотрел ей в глаза, стремительно поднялся, поднял ее и прижал к себе крепко, но осторожно, как будто она была выточена из горного хрусталя.
— О, Леэстрая, — выдохнул он Эль в макушку, — простите меня боги, я чуть не убил свою собственную дочь.
Эль завозилась и высвободилась из его рук.
— Не убил же, — хихикнула она. — Не переживай, я уже целый месяц знаю, что ты мой отец. И успела привыкнуть к этой мысли. Так что я на тебя не злюсь. И потом, ты бы мне все равно ничего не смог сделать, на нас такие щиты, которые вам не пробить, даже если очень постараться.
— Я так виноват перед тобой, — потерянным голосом произнес темный Владыка, как будто не слыша того, что говорила ему Эль, — о, боги, я даже дважды чуть не лишил тебя жизни. Еще тогда, в человеческой деревне, когда ты вылетела под копыта моему Асетха'аршу.
— Ага, — хихикнула она, — а еще ты меня повалял в грязи перед трактиром.
Аннуминас закрыл лицо руками и застонал.
