— Нет, — отрицательно качнула головой Эль, — пока сами не выпустим.
— Дверь заперта, — удивленно произнес я, тронув дверную ручку.
— Могу взломать кинжалом, — предложил Корин.
— Не пойдет, — покачал головой я, — будет слишком громко, могут услышать.
— Тогда как? — удивился он.
— Мы маги или кто? — удивился Дар, — пусти, я попробую.
Он присел на корточки перед дверью и запустил в дверную щель силовую нить. Пара минут и замок щелкнул.
— Прошу, — он хихикнул.
— Мало того что дракон, так еще и взломщик, — хмыкнул Корин.
Я открыл дверь, и мы все втроем одновременно запустили силовые нити, пеленая стоящего перед ней с внутренней стороны орка.
— Фу, чуть не попались, — вздохнул Дар, вытирая лоб, — даже жарко стало от испуга.
— Двигаемся дальше? — прошептал наш страж.
— Минуту, смотрим, где они сейчас находятся, — остановила его Эль.
Я внимательно всмотрелся магическим зрением в окружающее нас пространство.
— Один за следующей дверью, двое перед дверью в подвал и еще один, тот самый черный ужас, в подвале вместе с красным.
— Давайте этого я, — влез вперед Дар, — я тоже хочу!
— Дверь не заперта, давай, — скомандовал я.
Корин распахнул дверь, ведущую в соседнюю комнату, и запустил пучок нитей, заткнув громиле рот и уронив его на пол.
— Тише, — зашипела Эль, — ну что же ты, они услышали…
Мы видели, что одна из двух черных аур, находящихся в подвале, поднималась наверх.
— Корин, помогай, — выдохнул я. Вчетвером, при помощи магии и самой обычной силы мы задвинули поверженного орка за спинку кресла, стоящего в углу. Сразу тот, второй, не увидит.
Замерли по обе стороны стены от двери в подвал.
— Давай я, — сказала Эль.
Дверь распахнулась.
В комнате было темно, и громила-орк нас не заметил. Он выглянул из дверного проема и прогрохотал:
— Угг ён вахур! Жрыыбат лаббар?
Поскольку ему никто, ожидаемо, не ответил, он поскреб ногтями по своей лысой макушке, увенчанной одной-единственной тонкой косичкой, и двинулся по направлению к выходу. Но стоило ему сделать пару шагов, как Эль, резко выбросив вперед силовые нити, спеленала его как младенца. Мы с Даром помогли ей аккуратно опустить его на пол, при помощи своей магии, чтобы он не загрохотал по полу, как бревно.
Эль присмотрела, и сказала:
— Осталось двое.
— С этими сложнее, — произнес Корин, — если мы начнем спускаться по лестнице, он увидит нас и поднимет шум, а если загреметь чем-то здесь, чтобы привлечь его внимание, он снова может поднять шум и предупредить того, который в подвале.
— Значит, думаем, — сказал я, — надо такой план, чтобы без шума.
Несколько минут мы стояли, раздумывая, а потом Дара осенило.
— Кто из нас самый тяжелый по весу? — спросил он.
— Вроде бы я, — окинув нас взглядом, сказал страж.
— Тогда ты идешь впереди нас по лестнице и топаешь как стадо бизонов. Он подумает, что это возвращается тот, которого мы только что связали и не забеспокоиться. А за твоей спиной спускается кто-то из нас и спутывает его.
— Нормально, — одобрил я, — начали.
Корин взялся за дверную ручку и со всей силы бабахнул дверь об стену, а потом загрохотал сапогами по деревянной лестнице.
— Дабуу Ог'арр? — раздалось снизу.
— Гхыырр, — прорычал в ответ Корин.
У Эль округлились глаза.
Я, спускаясь на цыпочках за спиной Корина, резко метнул нить и зажал рот огромному орку, охранявшему вход в подвал. Подоспевшие Дар и Эль спеленали его и уложили на пол.
— Ты знаешь оркский? — в один голос спросили они Корина.
— Сложно не запомнить это слово, когда они его вопили, тогда во дворце, ежесекундно.
Я хмыкнул. В отличие от них я знал, что означает это выражение, потому что еще в детстве нашел в библиотеке своего отца очень интересную книгу с названием: «Краткий словарь орочьих ругательств». Вот там я и почерпнул многие премудрости. Мой отец потом долго удивлялся, откуда я знаю такие выражения. Но я стоял на смерть и не сдал свой источник!
— Это ругательство, — пояснил я удивленным им, — воспитанным лэдам не к лицу его произносить, поверьте мне.
— Он там и красное пятно бледнеет, — напряженно сказала Эль, — там что-то происходит, что-то нехорошее.
— Действуем так же? — уточнил Дар.
Я кивнул и дверь распахнулась.
А дальше все пошло не так.
Во-первых, орк за дверью оказался не рядовым воином, а шаманом. Мы поняли это сразу, увидев его разукрашенную физиономию и кучу буйволиных хвостов, привязанную к его шевелюре. Количество различных бус и амулетов, которыми орк был обвешан как новогодняя елка, зашкаливало. А за ним, на столе, распятая, лежала рыжеволосая девчушка, из которой по каплям ускользала жизнь, следуя за кровью из разрезанных запястий. Увидев нас, он на секунду замер, а потом пробормотал что-то себе под нос.
— Вот гхыырр, — в сердцах выругался я и мы втроем, одновременно метнули в него нитями магии. Но они отразились от него, не причинив никакого вреда. Просто соскользнули. Он захохотал и поднял вверх руки, начиная плести какое-то заклинание. Из сложенных в перекрученную фигу пальцев, в нашу сторону долбануло молнией, и мы едва успели отскочить в разные стороны.
Корин выхватил меч, и бросился к орку.
