— Мы побежали туда, — продолжила рассказ Эль, — подумали, может он зацепился за что, но какое там.
Я закрыл глаза, размышляя над услышанным рассказом.
— Не помнишь? — погладила меня по голове моя любимая.
— Обрывками, — ответил я, открывая глаза, — я помню, как вышел к нему, и помню ярость внутри себя, на этого зеленого урода. В одно мгновение во мне забурлила сила. Я не понимал, что она обозначает, но точно знал, что должен сделать. Даже странно, как будто кто-то управлял моими действиями.
— Это не мог быть Немиорон, — покачала головой Зира, — мы были на землях драконьей Империи.
Внутри меня кольнула мысль. Она была… странной… Но она многое объясняла. Я подтянулся, пытаясь сесть. Хватит уже лежать, изображая из себя умирающего. В шесть рук меня усадили на постели, подложив под спину пару подушек. Вот, так гораздо лучше!
— Я знаю, кто это был, — твердо заявил я. — Леэстрая.
Зира покачала головой:
— Дар, нет, это невозможно. Мы здесь четыре месяца, но она ни разу не проявила себя. Даже во снах. Скажу по секрету, мы даже звали ее, просили помощи. Но она не откликнулась. А потом, она создатель магии огня. Как бы она могла помочь тебе с землей? Не выходит.
— Странно, — произнес я. Немного помолчал, размышляя, а потом сказал, — а если она, сама не владея магией земли, много раз видела, как это делал Немиорон? И просто подтолкнула меня, дав понять, как надо поступить?
— Хм, — Лан задумался. — А в этом что-то есть. Так могло бы быть. Вот только она не пришла. Дар, если бы ты знал, как мы ее звали. Она ведь создатель расы драконов, а ты дракон. Мы надеялись, что она придет на наш зов, и мы сможем уговорить ее помочь тебе. Но она не откликнулась.
Я откинул голову назад на подушки, закрыл глаза, глубоко вздохнул, и хитро улыбнулся.
— А может быть, она не пришла к вам, потому что была занята?
— Чем? — скептически посмотрела на меня Зира.
— М-м-м, ну я не знаю, — в раздумье протянул я, — мной, например?
Оглушительная тишина стала мне ответом. Я открыл глаза и посмотрел на своих друзей. Они сидели, как оглушенные.
— Дар, это правда? — осторожно спросила Зира, поймав мой взгляд.
— Истинная, — кивнул я, — сегодня, едва открыв глаза, я увидел ее. Правда, к своему стыду, перепутал с тобой, любимая. Она просто копия тебя. Как сестра. Но потом, присмотревшись, я понял. У нее другие глаза. Гораздо мудрее, чем у всех ныне живущих.
— И что она? — напряженно спросила Зира.
— Она просила прощения за то, что не смогла уберечь… Корина, — я на мгновение запнулся, — предпочтя нас. Она выбрала нас. А значит, теперь я понимаю, что я был прав. Именно она помогла мне там создать тот провал.
— Ты ее простил? — поинтересовался Лан.
— Конечно, — пожал плечами я, — ведь если бы не ее поддержка, нас здесь не было бы. Никого из нас.
— Она красивая? — тихо спросила Зира.
О боги, моя любимая меня ревнует к богине.
— Самая красивая у меня ты, — я сжал ее пальцы, и она счастливо вздохнув, улеглась мне на грудь, — а она любит своего Немиорона. Кстати, Лан, помнишь его просьбу тогда в ущелье?
Лан, улыбнулся, припоминая.
— Передал?
— Ага. Я столько счастья в глаза не видел никогда.
Три волшебных слова: «Я. Хочу. Есть».
После их произнесения, все мгновенно пришло в движение. Прибежала пара эльфийских лекарей, которые проигнорировали возмущенные возгласы Наследника своей собственной Империи на тему «Я сам умею лечить», осмотрели и ощупали меня целиком, и каждую часть меня по отдельности, после чего вынесли вердикт: «Абсолютно здоров. Но полностью обессилен, в связи с нерегулярностью питания». А какая уж тут регулярность, после четырех месяцев во Тьме?
Следом явились драконьи маги. Теперь уже игнорировались крики Зиры, на предмет: «С его драконом все в порядке, я сама смотрела!». Драконы хотели убедиться лично. Убедились. Одобрили. И даже похвалили, сказав, что малыш уже заметно подрос. Но надо кормить. Много и часто.
И только после всех этих осмотров, ощупываний, поглаживаний, разглядываний и прочего, мне, наконец, принесли поесть. Бульон. Бр-р-р… Издеваются!..
Лан хохотал как сумасшедший, глядя на мое лицо. Тебя бы, бульоном накормить… Но эльфийские лекари были непреклонны. Неделю на легких кашах и бульоне. Никакого мяса, никакой тяжелой пищи. Да как так? Я на кашах скорее ноги протяну! Ирбис возмущенно фыркал и порыкивал, лежа у меня под боком и глядя на все это безобразие.
А, кстати, как его назвали?
— Никак, — ответила мне Зира, — мы решили, что это твое право, дать ему имя.
Хм, озадачили. Надо будет подумать.
— А ваш котенок? — спросил я у Лана.
— В нашей комнате, спит, — улыбнулась мне Эль. — Они оба выжили. Даже не спрашивай как. Мы не знаем.
— Когда все закончилось, и мы вспомнили про них, первой мыслью было, что их просто затоптали во время боя, — сказала Зира, — но их нашел Алла'атель. Наверху оврага, даже не внизу. Укутанных в твой плащ и спящих. Мы так и не поняли, как они там оказались, ведь никто из нас…
— Леэстрая, — сказали мы с Ланом одновременно.
— Возможно, — Эль покрутила головой, — нам такое даже в голову не пришло тогда.
